«Это просто оружие, да мать твою, просто оружие!» — Вэнс с силой мотнул головой и невольно отшатнулся, едва не оступившись и грубо сжимая голову задыхающейся девушки.
— Нет, не надо, пожалуйста! — срываясь на истерический крик завопила Кристин, окончателдьно потеряв связь с реальностью. — Отпустите меня!
— Vittuperkele ajokoira! — свирепо взревел Райан, несвойственно низким для него басом. — Rauhoitu!
С силой отодрав наёмницу от поручней, Вэнсон с рывка метнулся вперед, уже не обращая внимания на жуткое отвращение к девушке, случайные прикосновения которой прежде не приносили ему дискомфорта. Вот только Кристин начала упираться, скользя пятками и царапая сталь шипами подошв.
— Пошла, я сказал! — не своим голосом заорал Райан, грубо оторвав ноги упирающейся девушки от земли, и бросился вперед. В висках застучало, координация нарушилась, а дыхание сбилось. Долговязый настолько отвык от панических атак, что едва был полезнее Харенс.
— Отпустите меня! — Кристин брыкалась с такой силой, что даже опытному наёмнику было непросто дотащить её до другой стороны. Сейчас она словно была где-то очень далеко от реальности.
— Заткнись! — выпалил Вэнсон, едва не спотыкаясь на ровном месте уже в паре десятков метров от земли, и перехватывая голову наёмницы локтем. — Иначе я сам тебя туда сброшу!
Райан прекрасно знал, что сам виноват в случившемся. Именно это ему так мешало. Если для гончей основоположным было отвечать за каждое слово, то Вэнс — всегда отвечал за все свои действия и поступки, хотел он того или нет. После случая с Кригом, он не задумываясь брал ответственность за каждую свою оплошность. Да и времени было не так много. В конце концов, если Кристин схватится за оружие: мало здесь никому не покажется!
Вэнс пошатнулся и снова застыл как вкопанный, всего в нескольких метрах от земли. Уже не на шутку душа обмякшую гончую, он никак не мог унять жуткую дрожь в коленях. Ноги стали ватными и просто отказывались шевелиться.
— Она просто оружие!!! — на всю округу взревел долговязый. Прикусив нижнюю губу до крови, он рывком пересек остаток пути, пролетев оставшееся расстояние до противоположного края моста на одних только рефлексах.
Выпуская из рук едва не задохнувшуюся наёмницу, парень кубарем покатился вперед. Не в силах унять приступ невыносимой паники и хватая ртом воздух, он рефлекторно сделал двойное сальто назад, словно опасался угрозы со стороны такой же нестабильной выскочки. Паника и переутомление давали о себе знать, а сильная головная боль вперемешку с безумным головокружением: были не лучшими союзниками в исполнении акробатических приемов. Глухой удар затылком о ствол крепкого дерева был последней каплей для Вэнса. Распахнув глаза, он нервно сглотнул и медленно сполз вниз по стволу. Собранные в хвост волосы растрепались, в глазах потемнело, а острая боль распространилась по всей черепной коробке наёмника, который окончательно исчерпал весь свой ресурс и обессилено завалился на бок, уже не особо различая происходящее вокруг.
Совершенно не соображая, что именно сейчас произошло, Кристин с усилием поднялась с земли. Однако ватные ноги не желали слушать хозяйку, и та неуклюже рухнула на колени. Обхватив себя руками, она судорожно хватала воздух и ощупывала грудную клетку до тех пор, пока не убедилась в том, что все её кости на месте, а сама она — явно стоит на земле.
Спустя какое-то время, Кристин наконец-то избавилась от жуткой одышки и начала приходить в себя. Неуверенно разжимая глаза, конопатая смутно огляделась по сторонам. Туман уже отступал, а предрассветное солнце ярко слепило глаза. Понимая, что в очередной раз поддалась панике, она раздраженно оскалилась и с силой заставила себя подняться, глядя по сторонам в поисках того самого «ах ты придурка», который помешал ей пройти по чертовому мосту без веселых происшествий!
Увидев валяющегося под деревом Вэнса, Харенс не сразу сообразила, что к чему, и уже было задала тому трепку, когда резко остановилась и внимательно рассмотрела парня поближе:
«Он что, в отключке? — нахмурилась гончая, наклоняясь к нему и нащупывая пульс. — Не прикидывается, живой. Это что, я его так?»
Сообразив, что оклемается ловчий не скоро, Кристин угрюмо фыркнула, поправляя Флегия за спиной, и внимательно осмотрела окровавленный подбородок наёмника, подмечая почти что насквозь прокушенную нижнюю губу, которая виднелась из-за его растрепанных волос, прилипших к лицу.
«Да что, черт возьми, там было?» — она нервно сглотнула, ощупывая шею и попятилась назад, только сейчас сообразив, почему так опухло лицо.