— Да, но хоккей превыше всего. Травмы, смерть — не имеет значения. Если ты пропустишь тренировку, то можешь вообще больше не приходить, — он поморщился, а затем снова провел рукой по волосам и глубоко вздохнул. — Лучше запиши это в свои заметки, девушка-репортер.
— Ты серьезно собираешься уйти?
Он слегка приподнялся, уставился мне прямо в грудь и застонал, но не так, как хотелось бы. Я-несчастен-но-все-равно-ухожу. Он полностью приподнялся, обхватил рукой мое лицо и поцеловал меня, слишком быстро прикоснувшись губами.
— То, что я задумал, займет гораздо больше времени, чем те пять минут, которые у меня есть. Если я опоздаю, мне придется здорово заплатить за это, и я должен встретиться с физиотерапевтом — надеюсь, он разрешит мне вернуться на лед.
Я поджала губы, давая понять, что не согласна ни с чем из этого.
— Давай я заглажу свою вину? Завтра вечером, после тренировки, мы сходим куда-нибудь. Потом вернемся ко мне домой, — он провел кончиками пальцев по моей ключице, что не помогало справиться с моим нынешним возбужденным и расстроенным состоянием. — И я посвящу несколько часов тебе и этому горячему телу, обещаю.
Я была готова забыть о своих правилах — и могла бы сказать, что он был более чем готов помочь мне нарушить их — и все же, он все равно уходил.
— Пожалуйста, — сказал он, обнимая меня за плечи. — Я пытаюсь все не испортить.
Я кивнула.
— Да. Хорошо.
Он облегченно вздохнул.
— Спасибо.
Мы бросились искать свою одежду, он поцеловал меня еще раз и ушел.
Я уставилась на закрытую дверь, все еще пребывая в шоке от того, что от намерения заняться сексом я перешла к тому, чтобы остаться в одиночестве в своей квартире.
Я начинаю понемногу понимать, что имели в виду спортсмены, когда говорили о том, как много времени в своей жизни они посвящают игре.
Заслуживают ли они дополнительных привилегий?
Я не была уверена в этом. Из-за этого мне казалось, что я вдруг перестала что-либо понимать вообще.
Глава 36
Уитни
Как только я собралась перестать пялиться на дверь, ручка повернулась, и дверь со скрипом отворилась. Мое сердце подпрыгнуло в груди. Возможно, Хадсон решил пропустить тренировку и наплевать на последствия.
Но вместо него появилась Лайла, и я поняла, что если бы мы с Хадсоном продолжали идти по намеченному пути, моя соседка по комнате стала бы свидетелем наших с Хадсоном отношений гораздо чаще, чем хотелось бы кому-либо из нас.
— Итак, судя по взъерошенному виду Хадсона, предполагаю, что он целовался с одной из моих соседок по комнате, прежде чем умчаться на тренировку, — Лайла бросила рюкзак на пол и размотала шарф вокруг шеи. — Не то, чтобы я осуждала. Я просто размышляю, следует ли мне расспросить тебя о деталях или напомнить о твоей цели. В общем, я хочу уточнить, как лучше всего быть твоим другом прямо сейчас.
— Что ж, я собираюсь взорваться от подробностей, но у меня есть действительно важный вопрос, который я должна задать, так что, может быть, ты сначала выслушаешь, а потом мы продолжим?
Благослови ее Господь, она не колебалась, просто подошла ко мне и полностью сосредоточила на мне свое внимание.
— Ушел бы Бек на тренировку, когда возникла бы неизбежная возможность секса? — я прикусила ноготь большого пальца, надеясь, что ответ не причинит мне боли.
— Он бы ушел на тренировку, даже если бы торнадо направлялся прямо на арену.
— О, ладно, — я прижала руку к сердцу. — У меня была небольшая паранойя из-за того, что я была недостаточно… захватывающей.
Хадсон сказал мне, что я красива, что я совершенна. В тот момент я поверила ему, поэтому не была уверена, почему во мне зародились сомнения и заставили меня все подвергать сомнению.
Наверное, потому, что я всегда была окрылена приятными словами парня, а потом мои суждения становились все более и более мутными, пока не доходило до бури в моей душе.
— И? Подробности? — спросила Лайла.
— О да. Подожди, для этого нам понадобится мороженое, — я бросилась к морозилке, схватила ближайшую упаковку «Rocky Road» и две ложки, и отнесла все это обратно на диван. В горе и радости, мы с Лайлой поступали одинаково. Ели мороженое.
Я открыла крышку, зачерпнула полную ложку и, откусывая, рассказала Лайле о том, как столкнулась с Хадсоном в кампусе, о том, как он целый час объяснял все тонкости хоккея, о поцелуях на диване, а потом о дурацком будильнике.
— Но он пообещал, что завтра все исправит. Сказал, что пригласит меня куда-нибудь и все такое.