- Окей, док. – Рэй подмигнул мне, заставив мое сердце подпрыгнуть так высоко, что я почти наяву ощутила привкус сырого мяса и железа у себя в горле. На что только способен наш мозг, подогреваемый воображением! Не прошло и пяти минут, как этот мужчина пялится на меня, а мне уже чудится вкус бифштекса с кровью на языке.
- Итак, пациент Рэй Скайфилд, 36 лет, - Мэнди начала зачитывать выписку из карты, - множественные прогрессирующие аденомы органов брюшной полости и грудной клетки. Состояние после 42-х резекций. В данный момент обнаружено 4 новых образования – два в легких, одно в желудке, и одно на верхней стенке трахеи в опасной близости к аорте. Первые три опухоли не вызывают у нас опасений, поскольку имеют малый размер и не проявляют признаков роста. Опухоль на трахее требует немедленного оперативного вмешательства, поскольку по данным последнего МРТ, показывает активный рост.
- Прекрасно. Готовьте операционную, если все анализы в порядке, я сделаю операцию сегодня же.
Я положила руки в карманы халата и уже собралась уходить, как почувствовала руку Мэнди, удерживающую меня за локоть.
- Это еще не все.
- Что еще? – я с вопросом посмотрела на нее.
- Я полагаю, доктор Лейк пригласила вас сюда не для того, чтобы назначить операцию, а для того, чтобы вы помогли ей найти решение весьма непростой задачки – как сделать так, чтобы эта штука меня не убила, не прибегая к скальпелю – подал голос пациент.
Я повернула голову в его сторону, и мои брови поползли вверх от удивления.
- Сэр, боюсь, это невозможно.
- Жаль. А я так хотел в воскресенье поиграть в гольф.
Я вновь посмотрела на Мэнди ничего не понимающим взглядом.
- Что все это значит, доктор Лейк?
- Рэй безработный, государственная страховка не покроет расходов на операцию. Нам нужно придумать, как вылечить его более… э-м-м… бюджетно.
Все ясно. Наша система здравоохранения весьма коварна – для того чтобы лечиться в нашей стране нужно быть очень здоровым и зарабатывать не меньше 5-6 штук в месяц. Государство платит только за услуги скорой помощи, некоторые исследования и консультации врачей. Все остальное – проблема пациента. Есть деньги – будешь жить, нет денег – пей аспирин и молись.
- А как же ваши предыдущие операции? Кто оплачивал их? – спросила я.
- Ну, первые пару лет я еще работал, и у меня была нормальная страховка. Она покрыла семь, а может быть восемь операций. Потом моему начальнику надоело лицезреть мои больничные листы на своем столе, и он послал меня к чертям.
- Сорок два минус восемь будет тридцать четыре.
- У вас талант к математике, доктор Соул.
Я натянуто улыбнулась, а Рэй продолжил.
- У меня весьма богатый папаша. Правда алкоголик и бабник. У нас с ним с рождения как-то не заладилось – пару раз я поспособствовал ему в получении путевки в ближайшие травмпункты после того, как он избил мать, несколько раз писал на него заявления в полицию. В общем, тяжелое детство. Однако, после потери работы мне пришлось изобразить раскаявшегося сына. Какое-то время удавалось сдерживать себя - он платил за операции, я делал вид, что люблю его до смерти. Месяц назад я сломал ему руку, после того, как он назвал мою мать шлюхой, а меня с братом – ублюдками.
- А ваш брат? У него есть страховка? – спросила я, начиная понимать масштабы той задницы, в которую попал мой пациент.
- Может и есть, только он археолог и вот уже три года копает песок где-то в пустыне Марокко. С ним нет связи.
Впервые в жизни я поняла, каково это быть бессильной – неприятные, тошнотворные ощущения, холодок в животе, колючие мурашки, осознание уродства бюрократической машины и государства капиталистов, которые делают деньги из всего, в том числе из человеческих жизней.
- Как видите, доктор Соул, сегодня до двух мне непременно нужно обзавестись женой с хорошей страховкой.
Я понимающе кивнула головой, ощущая привкус желчи во рту.
- Мы что-нибудь придумаем, мистер Скайфилд.
Я больше не могла оставаться в этой палате. Мое сознание разрывалось от безысходности. Такой великолепный мужчина и такая коварная болезнь. Так не должно быть. Думай, Линда, думай!
Я взяла его карту и вышла в коридор. Я чувствовала, как наполняются влагой мои глаза, и ощущала в груди учащенный пульс. Я мысленно перенеслась в Африку – там часто случались критические ситуации, и решение нужно было принимать немедленно. Я подумала, как бы я поступила, если бы этот случай застал меня в полевом госпитале? Ответ не заставил себя ждать – Сэм. Мне нужно к шефу. Наверняка у больницы найдется десять тысяч баксов на одну благотворительную операцию. Я расправила плечи, глубоко подышала и направилась к лифту.