– Подъем! Война! – зычно выкрикнула она.
Соседки по комнате испуганно вскочили, ничего не понимая спросонья.
– Какая война? – заскулила Полина. – Что же делать?
В коридоре нарастали беготня и откровенный рев. В дверь снова постучали:
– Девочки, помогите, у Сони сердечный приступ, а у нас нет лекарств!
В окнах всех пяти этажей общежития вспыхнул свет. В коридорах царила паника. Гвалт, слезы, переполох, мольбы о помощи. Наташа набросила халат и бросилась в соседнюю комнату. Бездыханная Соня была смертельно бледна. Наташа распахнула окно, похлопала по щекам лежащую без сознания девушку, осмотрелась и приказала:
– Стелите на пол одеяло, будем делать массаж сердца и искусственное дыхание! Люба, бегом вниз, вызывай скорую!
Через минуту интенсивных действий щеки Сони порозовели, губы приоткрылись – она стала дышать и приоткрыла глаза.
– Воды! – крикнула Наташа, подкладывая под голову одногруппницы подушку.
Соня осмотрелась.
– Где я? – испуганно прошептала она, давясь кашлем.
– Среди своих, – заверила Наташа и, сканируя сбившихся в углу подруг, вдруг приказала: – Берем документы, необходимые вещи и – в военкомат.
– Зачем? – робко уточнила Полина.
– Добровольцами! На фронт!
В растерянности подруги безропотно подчинились ее воле и стали собирать чемоданы. Через четверть часа спешно покинули встревоженное общежитие. У крыльца сгрудились машины скорой помощи. По проспекту мчался милицейский патруль. До массивного здания с пятиугольными звездами на фасаде добрались за считанные минуты – оно было в квартале ходьбы. По непонятным причинам не светилось ни одно окно. Наташа решительно дернула ручку входной двери. Военкомат явно был закрыт. Неужели запись добровольцев проходит в другом месте? Девушка прислушалась и настойчиво постучала. Подруги стали барабанить, кто кулаками, кто ногами. Из-за двери выглянул заспанный капитан и недоуменно осмотрел толпу девиц с пожитками.
– Вы, милые девушки, случаем адресом не ошиблись? – спросонья уточнил он. – Здесь военный объект, а не гостиница.
– Мы в курсе. Пришли записаться на войну.
– Куда?! – недоверчиво уточнил офицер.
– На фронт! – сухо пояснила Наташа. – На военной кафедре не первый год.
– Экзамен что ли завалили? Или решили поиграть в войну? – разгневался капитан.
– Нам объявили войну! – грозно выкрикнула Ирина.
– Кому это «нам»?
– Стране нашей! – по-деловому уточнила Лариса. – Полчаса назад!
– Идите спать, а то засажу в комендатуру!
– Окопался тут в тылу! – оттолкнула его Полина и первой ворвалась в холл. – Не тяни время – начинай запись! По алфавиту! Наташка, ты – первая!
– Несите журнал! – откликнулась Наташа.
– Какой журнал, дуры? Какая вашу мать война? – капитан скрылся за стеклянной дверью стойки и заперся изнутри. – Город спит, одних вас на подвиги потянуло!
По улице с воем промчались сразу несколько скорых и милицейских машин.
– А это что? – воспрянула Ирина. – Звоните начальству! Объявляйте тревогу!
Офицер испуганно потянулся к трубке.
Общежитие выглядело так, словно Мамай гулял по нему вдоль и поперек, как у себя дома – возле стен и в проходах валялись бесхозные вещи, разбитая посуда, растерзанные тетради и учебники. Обитатели всех этажей дружно теснились в коридорах. С молодых лиц не сходили любопытство и тревога. Мужчины в штатском вежливо предлагали не покидать пределов здания. Один из них взял мегафон и хорошо поставленным командным голосом объявил: «Товарищи студенты! Не поддавайтесь панике! На сегодня занятия отменяются! Просьба разойтись по своим комнатам! К вам сейчас зайдут представители следственных органов для составления протоколов! Попытайтесь в точности восстановить ночные события».