– Так вы женаты? – обрадовалась педагог.
– Нет, – он удивленно посмотрел на назойливую собеседницу. – Но у меня есть мать, отец и младший брат.
По прибытии на вокзал Ганс поспешил к выходу первым.
– Даже не попрощался, – нахмурилась Вера Назаровна. – Подозрительный какой-то тип. Допрыгаешься ты, Наталья! Отныне будешь ходить за руку со мной!
– Не буду! – возмутилась девушка. – Я ничего противозаконного не делаю!
На перроне Вера Назаровна, как цыплят, пересчитала студенток и облегченно вздохнула: «Все!» Не успела она открыть рот, чтобы скомандовать: «Пошли!», как с ведром астр в руках подбежал Ганс. Он поставил цветы у ног Наташи, раздал всем по веточке, а огромный букет протянул смущенной девушке.
– Спасибо, – Наташа опасливо посмотрела на преподавательницу.
– Бери уж, – сквозь зубы процедила та.
– Наш человек! – глядя друг на друга, хором выпалили Ирина и Татьяна.
– Разрешите пригласить вас на пикник? – поинтересовался Ганс.
– Это невозможно, – возразила Вера Назаровна, заслоняя собой Наташу. – Группа всегда должна быть вместе.
– Тогда я приглашаю всех! У нас большая лужайка, много места, родители и брат будут очень рады. Мы приготовим мясо по-берлински прямо на углях.
– Ну, я не знаю, – засомневалась старушка.
– А мы согласны! – поддержала Татьяна.
– Конечно, мы никогда не пробовали мяса на углях! – добавила Ирина.
– Девочки, – зашипела педагог, но молодежь уже оговаривала место встречи.
Загородный дом восхитил гостей просторной террасой. В центре лужайки установили не то мангал, не то целую печь и на углях готовили мясо. Молодой человек, очень похожий на Ганса, но с пышной шевелюрой, хлопотал возле стола. Ему активно помогали Татьяна и Ирина. Другие девушки под руководством родителей Ганса рассматривали цветы в огромной оранжерее. Вера Назаровна не спускала глаз с Ганса. Тот по пятам следовал за Наташей. Расстелив пледы на траве, хозяева пригласили гостей. Студенты пили вино и с аппетитом уплетали мясо, не забывая нахваливать хозяев.
– Вера Назаровна, это вам, – Ганс протянул даме красочное издание. – Это альбом с национальными костюмами, фольклором и традициями Германии.
Женщина зажмурилась от радости:
– Право, неловко.
– Подарок, от всей души, – подчеркнул немец.
Старушка поблагодарила и убрала книгу в сумочку.
– В Лейпциге открывается международная торговая ярмарка. Я везу туда своих студентов. Может, и вашу группу привлечь? – предложил ей Ганс. – Поедемте. Там павильоны с достижениями ведущих стран мира и потрясающая выставка цветов.
– Мы согласны, – захлопали в ладоши девушки.
– Ну, вы и хитрец, – для вида нахмурилась дама, но возражать не стала.
До Лейпцига добирались в двухэтажном вагоне пригородного поезда. Раньше такие Наташа видела только в кадрах кинохроники из братской ГДР. В сопровождении подруг она сразу же поднялась на второй ярус. Ганс пригласил туда свою группу и громко, чтобы всем было слышно, рассказывал студентам об истории и достижениях города.
– Девочки, покажите мне ваши документы, – потребовала Вера Назаровна и проверила у всех наличие паспортов.
– Если кто-то на выставке потеряется, ищите советский павильон, ваши земляки подскажут, где выход. Встречаемся у центрального входа в 18.00, – объявил Ганс.
За окном показался пригород Лейпцига. Все как по команде разом перебежали на одну сторону. Наташа не успела убрать паспорт в сумочку, поставила его в прорезь между стеклами и засмотрелась на величественный собор. Вагон легонько качнуло.
– Не нарушайте баланс, вернитесь на свои места, – пошутил Ганс.
– Это для них – выставка, а для нас – рынок. А на базаре всякое может случиться. Сдайте-ка мне для надежности ваши паспорта! – потребовала Вера Назаровна.
Наташа протянула руку, но паспорта на окне не оказалось. Она наклонилась – на полу документа тоже не было. Девушка побледнела и суетливо оглянулась. Ганс заметил ее волнение и подсел рядом.
– Что случилось?
– Паспорт пропал, – со слезами призналась Наташа. – По-моему, он завалился за обшивку вагона.
– Ой, ля-ля, – напрягся немец. – Посмотрите в сумочке.
– Смотрела, – девушка дрожащими руками перебрала содержимое. – Нет.
– Это серьезно, – заволновался Ганс.
– Как же я вернусь на родину? – запаниковала барышня и побледнела. – Меня исключат из комсомола и университета.
Эта мысль привела ее в ужас. Наташа расплакалась.
– Не волнуйтесь, я все улажу, – пообещал немец. – Я знаю, как помочь. Только никому ни слова! – шепотом попросил он.
Вера Назаровна непременно нашла бы в этом предложении подвох и подняла переполох. Но Наташе не оставалось ничего делать, кроме как довериться новому другу. Татьяна и Ирина отказались сдавать паспорта, сославшись на указание компетентных органов не выпускать документ из рук. Подруги последовали их примеру. Наташа облегченно вздохнула – расправа откладывалась на неопределенный срок. Ганс поручил своих студентов Вере Назаровне и, сославшись на экстренное дело, исчез.