– А как же я там Шурика найду?
– Язык не только до Киева доводит, – рассудила Маня. – И курица в дорогу как раз есть от заботливой свекрови, – хохотнула она. – Не рассиживайся – до поезда три часа.
Ленинград встретил солнечным, по-весеннему теплым днем. Мила сочла это добрым знаком. Впервые за долгие месяцы неопределенного ожидания настроение гармонировало с погодой. Быть может, небеса вняли ее мольбам и преподнесут ей долгожданный подарок? Хотелось бы. Первым делом Мила разыскала киоск «Горсправки». Переведя дух, она достала записку и протянула ее в открытое окошко. Пока сотрудница вчитывалась в каракули водителя, сердце девушки отбивало бешеный ритм. На лбу выступила испарина. От волнения подкашивались ноги.
– Голубушка, до училища пешком каких-то два квартала, – прозвучал из окошка интеллигентный голос. – За углом направо, а потом все время прямо. Кто следующий?
Возле старинного здания из красного кирпича не было ни единой скамейки. Мила битый час курсировала вдоль входа, не решаясь войти. В корпус и из него время от времени входили-выходили группы курсантов. Саши среди них не было. Ладони девушки онемели, ступни одеревенели. Она пританцовывала на месте, не решаясь обратиться к кому-либо с вопросом. Один из курсантов, контролирующий уборку прилегающей территории, сжалился и подозвал бедолагу.
– Вы кого-то ждете? – сочувственно уточнил он.
– Да. Реброва. Александра.
– А он знает, что вы здесь?
– Нет.
– Факультет помните?
– Без понятия, – смутилась Людмила.
– А курс какой?
– Первый.
– Тогда вы зря тратите время – он не в общежитии живет, а в казарме, на территории самого училища.
На глазах Людмилы выступили слезы.
– Идемте, – парень потащил ее к массивным воротам неподалеку. – Наблюдайте вон за той калиткой, – показал он, – но близко не подходите – там стоять не полагается.
Мила поблагодарила бескорыстного помощника и сменила точку наблюдения. Время неумолимо приближалось к вечеру. Стало темнеть. Девушка замерзла. От напряжения и отчаяния слезились глаза. Весело переговариваясь, мимо в который уже раз прошла компания юных модниц. Они с откровенным вызовом посмотрели на конкурентку и нелицеприятно прокомментировали факт ее присутствия в месте их постоянной дислокации. Мила проводила незнакомок усталым взглядом – не было ни сил, ни желания вступать с ними в дискуссию. Подошел все тот же курсант.
– Вашего приятеля ищут, – заверил он. – Ждите. Вам есть, где остановиться?
– Нет, – растерянно призналась гостья.
– Вон там, – указал направление парень, – наша гостиница. Продиктуйте мне ваши данные, и я договорюсь о ночлеге. А вы никуда не уходите – Саша скоро подойдет.
Прошло еще полчаса. Молодой человек вернулся и сообщил, что вопрос с ночлегом улажен. Мила поблагодарила его. Когда стемнело, в дверях проходной появился худой, коротко стриженый, в болтающейся и не по размеру короткой шинели повзрослевший Александр. Мила смотрела на него и не узнавала. Курсант оглянулся в поисках того, кто его ожидает, заметил знакомую фигуру и истошно закричал: «Мила!» Стая голубей сорвалась с насиженного места и взмыла в небо. Девушка бросилась ему навстречу. Саша поймал ее на лету и приподнял над землей. Он крепко прижал трясущуюся от холода и волнения любимую и осыпал поцелуями ее заплаканное лицо и дрожащие руки. Мила без остановки целовала его губы и глаза и радостно повторяла дорогое сердцу имя. «Люблю!» – перекрикивая друг друга, признавались они, не в силах оторваться друг от друга. Сквозь решетку забора за парой с интересом наблюдали однокурсники Александра. Каждый из них представлял на месте Реброва себя. Чувствуя, что дрожь Милы не ослабевает, Саша внес ее в полутемный холл проходной и бережно усадил на стул. Девушка согрелась и в бессилии закрыла глаза – после многочасового стояния ноги не слушались ее. Курсант присел и уткнулся в ее колени лицом. Мила лихорадочно гладила ежик его волос, на который не падали, а лились ее горячие слезы. Какое-то время они были не в состоянии произнести ни единого слова. Саша не выпускал из рук ладонь Милы, то ли не веря своему счастью, то ли боясь, что она растворится в небытие. Любимая усадила его рядом и посмотрела в глаза:
– Как же я по тебе соскучилась!
Саша нахмурился и посмотрел на нее с отчуждением.
– Ты ко мне или проездом?
– Я не заслуживаю такого тона, – запротестовала Мила.
От волнения запершило в горле, она захрипела и вскочила с места, но не сумела устоять на отекших ногах. Александр усадил ее на колени и сцепил руки в замок. Спешно расстегнув плащ, он смял ее грудь, но быстро одернул руку.