«Недель шестнадцать не больше. - подумала Снежана наблюдая за сном будто со стороны.»
На заимке бабы разбрелись наполняя плетёные кузовки зрелой ягодой, всё больше отдаляясь друг от друга.
Ярика дышала воздухом разнотравья и не могла надышаться. Замужество душило девушку, а крутой нрав мужа её нещадно ломал. И только в такие моменты Ярика была счастлива в дали от бремени семейной жизни.
- С любимым жить не легко. - говорила бабушка Ярике. - А с не любимым даже дышать в тягость. Так было всегда, есть и будет. Исключений на своём веку я пока не видела. - причитала старушка. - Даже у любящих пар сладко только первый год, а с не любимым и этого нет. - бабулька укоризненно покачала головой. - Ты можешь принять его, понять, простить и даже привыкнуть, но не полюбишь, ведь твоё сердце занято… Подумай внучка не спешишь ли ты?
Часто вспоминала Ярика бабушкины слова и понимала, что она тоже не исключение. Из раза в раз обид и разочарований становилось только больше. Ярика сжав зубы скручивала узлом рвущуюся внутри нить после каждой измены мужа и терпела, терпела пока не отпустит. Обманывая себя, что время лечит, что так у всех и по другому не бывает. А дальше делаешь вид, что ты ничего не знаешь и фальшиво улыбаясь делишь с ним одну постель.
- БОГИ! КАК ЖЕ ХОЧЕТСЯ ОТКРЫТЬ ГЛАЗА, РАСПРАВИТЬ ПЛЕЧИ И НАКОНЕЦ ОСВОБОДИТЬСЯ ОТ ЭТОГО ТЯГОСТНОГО БРЕМЕНИ ОДИНОЧЕСТВА. ВСПЫХНУТЬ В ЛЮБВИ И ДОТЛА В НЕЙ СГОРЕТЬ!!! - обнимая толстый ствол берёзы выла Ярика.
Шум вдалеке отвлёк девушку от процесса самобичевания. Не долго думая Ярика направилась в ту сторону откуда исходил шум. Аккуратно девушка подобралась ближе выглянув из густого куста шиповника. Перед глазами Ярики возникла ужасающая картина.
Двое здоровых мужика насиловали Вольгу. Женщина выгибалась, ругалась, кидалась проклятиями. Но пришлым мужикам всё было не почём. Вольгу поставили на колени. Один мужик держал женщину за косу так, что она не могла даже дёрнуться. Второй задрав подол яростно в неё вбивался. Периодически мужики оскорбляли женщину и громко ржали.
Ярика закусив кончик платка, чтоб не дай боги не закричать и не привлечь к себе внимания, попятилась назад, а после дала стрекача как не бегала даже в юности.
Добежав до точки сбора и усевшись рядом с отдыхающими соседками Ярика сделала вид, что у неё всё хорошо, просто устала. Девушка решила, что Вольге не привыкать чужих мужчин ублажать. Одного больше, одного меньше...
Соседка Вольга появилась на опушке леса последней. Вид у неё был потрёпанный и зарёванный. Но об насилии женщина никому ничего не сказала. Уверив всех, что вид у неё такой от страха, что заплутала, думала совсем из леса не выйдет.
Бабы посочувствовали подружке, да и забыли. А через несколько дней Вольга скинула дитя, да и сама чуть к богам не ушла. Больше забеременеть женщина не смогла как кузнец не старался. Да и красота её за год облетела как не бывало. Вольга стала толстой, обрюзглой и злой.
Ярика часто думала, что было если бы она вмешалась и не дала измываться над соседкой. Возможно тогда и ребёнок не погиб и Вольга душой не сломалась...
- Для женщины нет нечего омерзительней насилия. - говорила бабуличка Ярике. - А насилие с последствиями никогда не проходят бесследно.
Больше на заимку Ярика никогда не ходила. Страх возможного насилия заглушал запах свободы.
Погибла Ярика неожиданно для себя, других и Снежаны. В покос девушка случайно наступила на хвост замершей маленькой змейке. Та в ответ её укусила. Ярика успела дойти до крыльца дома как её сердце остановилось.
Душа огненной девушки стрелой ушла к богам, а там дальше на перерождение. Девушка не видела как муж вышел из бани с любовницей. Перешагнул через лежащую во дворе жену и пошёл приводить себя в порядок. Только после этого послал соседского пацана за знахаркой.
Но Ярики уже в миру не было, поэтому ей больше не было обидно и больно.
Снежана задумалась.
«Странный сон и вроде не сон вовсе. И эти мужики-насильники... Что-то в них было неуловимо знакомое. - размышляла анчутка напрягая память.»
И вновь сон, только совсем другой.
Купеческая девочка лет двенадцати сидела перед зеркалом в бронзовой оправе. Волосы цвета спелой пшеницы блестели от солнечных лучей. Большие янтарного цвета глаза обрамляли пушистые ресницы. Маленький вздёрнутый носик и маленькие, пухлые губки.
Снежане девочка напомнила советскую куклу Алёнку.
- Настасья мы тебя ждём! - послышался грозный рёв мужчины откуда-то снизу.