-Вы разрешите ваш диалог нарушить?- повернув голову в сторону Степана, прошептал Иван.- Вы, наверное, не поняли, но я пока жив... И хоронить заранее меня не надо.
-Так... Не понял... Ты что тут всех в заблуждение вводишь? Если мои глаза мне не врут, то я вижу, твой-то пока жив и помирать не хочет.... А что так надрывалась?
-По тебе,- язвительно ответила Анчутка.
-Что ни минуты без меня не можешь? Только я из-за тебя травму головы получил... Небось забыла...? А вы давно очнулись?- спросил Шнуров, Ивана.- Я смотрю и настил смастерили...
-Это Анна,- поймав снова руку Анчутки, Иван крепко сжал ее, стараясь больше ее не выпускать.
Шнуров шатаясь, подошел поближе, чтоб разглядеть беглеца.
-А мы вас два дня искали в лесу. Но вот, кажется, нашли. Вы больше так не делайте, а то вон какую рану на ноге себе нанесли, как бы серьезное что не вышло.
-Анна подлечит, она все знает... Ну что замолкла? Вылечишь?
-Постараюсь,- опустив глаза, ответила та.
-Что это с ней? Словно онемела. Я ее такой тихой никогда не видел. Сидит, словно ее мешком огрели.
-Не надо говорить так с моей женщиной,- возмущенно проговорил Иван.
-А как? Вы уж научите меня... Как с ней говорить, чтоб по лбу от нее не получить.
-Степ, сынок, меня замуж зовут... Ты как?
-Во дает...! А я-то здесь причем? Ведь, кажется, даже и родственником не являюсь. Да и об чем спрашивать, если это мечта твоей жизни. Так чо же теперь стесняться... Значит будешь замужней бабой.
-Мечтала... Вот только орать об энтом не всем говорила,- с укором проговорила Анчутка.
-Ну а что от меня-то требуется?
- Совет... Ты у нас власть.
-Тогда выходи... Что тут думать... А если что, мы его вмиг разыщем... Адреса-то все нам его теперь известны.
-Ну почему ты у нас такой дурак? Где твоя радость за нас, казенщина!
-Ну извини. Ну как мне вести в такой ситуации... Я даже не знаю.
-Только вы не думайте, что я из-за площади,- вслушиваясь в переговоры, вдруг всполошился Иван.
-Какой такой площади?- не понимая переспросила Анчутка.- Энто у вас в Москве площади Красные для могил... А у нас по-простому, погост называется.
-Ань ты меня не так поняла... Я об доме...
-О каком доме? Гроб чо ли?
-Тьфу тебя...! О каком гробе...! Я о твоем доме и площади в нем.
-Ага... Тепереча о моем... Так я, вроде как, помирать еще не собираюсь. Ты чо так разошелся... Сначала замуж предлагал, а тепереча гонишь на погост. Правду мне надысь Никита в подвале предрек... Горе мне от тебя в воде будет.- отодвинувшись от Ивана и резко выдернув из объятий свою руку, прошептала обиженно Анчутка.
-Да...! Вот и конец веселью...,- глядя на обоих, предположил Степан.
-Ну как еще объяснить человеку, если он в городе никогда не жил?- не скрывая негодования из последних сил хрипел больной.
-Да уж... Куды нам... К вам в калачный ряд...
-Ань, вот у тебя есть дом?
-Еще не заказала, пенсион маленький, знаешь ли...
-Ну зачем ты так! Я о твоем, с печкой и сараем...
-А он тебе зачем?
-Ну вот... Ты не возражаешь, если я с тобой там жить буду... Меня-то квартиры лишили... А обузой мне для тебя не к чему... Потому и в лес ушел.
-А почему я возражать должна? Мне чо досок жалко? Да у меня вся скотина возражения не спрашивает, гадит где не попадя... Эх ты... Да как можно подумать, чо мне чего-то жалко... Да я с тобой и здесь могу жить и счастьем наслаждаться. Главное энто для нас друг друга ощущать, а остальное все в энтой жизни пустое.
-Так... По-моему разобрались... Свадьба, я думаю не откладывается,- хлопнув в ладоши, подтрунивал Степан над влюбленными.
-Ой...! Скажешь ты...! Какая такая свадьба, на закате наших лет!- улыбалась Анчутка, отмахиваясь рукой от Шнурова.
-А что... Разве вы не люди? Там небось, уже вся деревня об энтом мечтает... А ты хочешь радости всех лишить?
-Сынок, ну ты чо, совсем ополоумел? Зачем мои седые волосы срамишь?- чуть ли не шепотом возражала напарница. - Ты забыл, сколько мне годков?
-Сколько?
-Столько... Уже пальц ни на ногах ни на руках твоих и моих не хватает.
-Ну и что... Пальцы-то тут причем? Кто их будет пересчитывать. Любовь, знаешь ли, годам не помеха.
-Ладно, давайте лучше делом займемся... Уже скоро смеркаться начнет, а мы не ели не пили... Да и лечить Ваньку надобно. Ступай лучше за хворостом, а я немного стол соберу... Вот ненароком помрет, тогда на другом празднике гулять придется.
Пока Шнуров собирал ветки для печки, Анчутка промыла рану больному и обработала ее оставшейся водкой, прикрыв ее оторванной задней частью своего любимого халатика. Затем намочив снова свой платок, который словно губка вобрал весь жар с головы Ивана, так как на ощупь уж больно был теплый, она снова осторожно приложила его ко лбу беглеца.