От таких слов брата, у Федота произошло помутнение в глазах и головокружение, что привело к очередному обмороку на месте.
Только Анчутка, как стойкий оловянный солдатик, ползя на карачках, как на поле боя, за трофеем, умело уворачивалась, а иногда замирала от обстрела давящихся под ней соленых огурцов. Не теряя самообладания, она старалась не слушать навязчивый шепот покойного, сводя происходящее к галлюцинациям, которые являлись первыми признаками заболевания - белая горячка, и которая совсем даже сейчас не пугала ее, а наоборот была бы встречена с благодарностью, чем неожиданное оживление Никиты.
-Но с топором будет всетки спокойнее, только надо взять себя в руки и не подаваться на провокации, как надысь учил меня Ванька.
Достигнув цели ползком, постоянно вздрагивая от разрывавшихся под ней соленых огурцов, Анчтка обернулась, чтобы предупредить Федота о недопитой бутылке, но тот уже очередной раз был обездвижен. Свернувшись калачиком он валялся в углу, где когда-то стояла лестница. Только вот от страха или от невидимого прихода брата, для ползущей в грязи его приятельницы, осталось неразрешимой загадкой.
-"Слабак!",- пронеслось в голове спасительницы.
Подтянув топор к груди, она оперлась одной рукой о стену и не без усилий приподнялась на ноги. Немного согнутая и раскачиваемая скопившимися градусами в крови от принятого самогона, Анчутка крепко сжимала в трясущихся руках спасительное оружие. Но как дойти и не подскользнуться, и случайно не задеть себя, хоть и маленьким, но очень острым топориком, оставалось вопросом...
Но по жизни не привычная к отступлению, скоропалительно обдумав все свои незамысловатые действия, гроза всякой нечести решила идти напролом.
Рассекая, спертый от сырости подвальный воздух, она уже мысленно старалась всех запугать упреждающими взмахами незамысловатого оборонительного оружия, тем самым давая кому-то понять, что с ней шутки плохи, ежели кто осмелиться встать на пути, страдальчески понимая, как могут быть не равны силы в борьбе с неведанным и не объяснимым.
Согласная даже сложить свою голову за смертельный, почти мучительный подвиг, с которой ей, конечно же, не хотелось расставаться, Анчутка не могла себе позволить, не всплакнуть, не расслабиться. Шмыгнув забившимся от слез носом, Нюточка, как на лыжах продолжила прокладывать себе обратный путь, оставляя за собой ровную колею шаркающих по земле ног, постоянно ориентируясь на зад свалившегося в обморок Федота.
-Чо же ты со мной делаешь...? - шептала она, смотря на распластавшее тело Федота, проклиная про себя все и всех.- Как с тобой, с таким трусом Марфа живет...? Интересно, кто тебе автомат на войне таскал, маманя, наверное.
Не находя слов для оживления соседа, Анчутка решила пристыдить быстропадающего в обмороки Федота, чтобы тот поскорее очнулся. Она даже попыталась растормошить его одной рукой, слегка похлестывая ей по его грязным и холодным, как лед, щекам, так как другая была занята топором... Но все ее усилия, привести в чувство окаменевшего собутыльника, были напрасны. Мало того, все эти действия, отнимали у нее много сил, а вражина-то не загорам... Он тут рядом... И наверняка ждет осечки, чтобы лишить их обоих, если не жизни, то разума точно... Об таких страстях и вампирах, ей не раз, по случаю, приходилось прочитывать в умных книжках, подобранных с помойки в Шилово... Да и еще в лесу встречалась с необъяснимым объектом... Только говорить об этом не хотелось, другие-то ничего не видели, а может, тоже не хотели в дураках ходить. Вот одиношенько и несла Анчутка свою неразгаданную, страшную ношу, почти всю свою жизнь, умело скрывая лесные видения от ушей жителей деревни Завидово.
-Нет..., не надо обижать слабых!- эхом пронесся голос Никиты, который, видимо, слышал о чем та рассуждала.- Он всю войну воевал на передовой... Храбрец - удалец был...Да и в жизни всегда в первых рядах то с урожаем, то с сенокосом боролся. За чужие спины, между прочим, не прятался и везде свою грудь подставлял. Только орденов для энтой груди не случилось, так как по пути в Завидово, все начальство по себе разобрали, а ему бумагу- грамоту, значит, за заслуги перед отечеством... Чоб было, чо перед старостью читать... Марфа ими полный сундук набила, все думает вдруг пенсион подымут. Да какой там, только для туалета и годны... Вот непонимание энтой жизни и на кой ляд он горбатился энто и есть та лихоманка, которая сильно скрутила моего братка. Ослаб совсем...