-Успокойся..., все хорошо..., я всегда на твоей стороне. Я только хочу сказать, чо ошибка вышла, не человек энто, а Анчуткина кофта, которую я надысь при тебе вешала..., вспомни, голова твоя садовая,- облокотившись на стену сарая убедительно, как можно спокойнее, сказала Марфа.
-А голова..., а ноги...?- повернув голову к жене, вопросительно спросил Федот.
-А тут все просто..., голова - ведро, которое ты сам давеча разбираясь в сарае одел на колышек калитки, ну а ног, извини, совсем нет, один туман под кофтой гуляет.
Полностью разоблачив "грабителя", Марфа, чтобы не обидеть своего защитника, тихо стояла за его спиной, скрестив руки за спиной.
-Убедительно...,- после непродолжительной паузы, всматриваясь в непрошеного гостя, произнес Федот.- Тогда, давай-ка, подсоби из ведра вылезти, пролиц его расшиби, и как меня вояку, энта тряпка с пути сбила... Понимаешь...,- кряхтя, упав на коленки он стал указывать рукой на ведро, намекая тем самым жене, чтоб та помогла извлечь его оттуда.- Я ведь в туалет шел, а тут на пути, лихоманка его забери, стоит он и молчит, ну, думаю, воры..., сарай хотят выпотрошить, а энтот на стреме стоит, но сигнал им не подает, видно меня не испугался. Вот тут пришлось немного струхнуть, да попятиться назад... Ну и, как на грех оступился, а ведро рядом стояло, вот я и прямехонька задницей в него-то и угодил, пролиц его расшиби. Стал было выбираться, да не тут-то было поясницу совсем свело, да и помочь, мне бедолаге, некому. Вот такая оказия со мной произошла. Сколько страху натерпелся..., думаю, щас придешь, а они, энти супостаты порешат тебя, как мне потом одному век коротать!
Пока Федот рассказывал о своих переживаниях, Марфа помогла ему освободиться из плена алюминиевого ведра, но разогнуться самостоятельно он не мог. Стоя на коленках, то сильно охал, то плакал, показывая на поясницу, намекая хоть о маленьком массаже.
-Чудак человек...,- присев на корточки и при этом нежно поглаживая спину, принялась успокаивать мужа, Марфа. - Ну увидел..., ну чо-то насторожило..., так ступай сразу домой, чего геройствовать..., чай уже не молодой. Вон, как спину повредил, аж сердце у меня сжимается. Ты у меня в последнее время совсем себя не бережешь..., то в подпол упал, тепереча вон энто ведро, чоб оно лопнуло..., а как же я, обо мне подумал? Мне без тебя не жить!
-Да у меня в мыслях только ты и была... Думаю щас вернешься, а они тебя напугать могут, поэнтому и не схоронился, оборону решил держать, да тебя заранее упредить.- Чуть не плача от боли в спине, еле-еле, с помощью жены, встал Федот.- Тепереча потихоньку до дому пошли. Энто ничего..., энто пройдет..., главное мы рядом и живые покудова, - держась за талию Марфы, кряхтел старый вояка.
Потихоньку доковыляв до крыльца дома, они вдруг услышали душераздирающий крик Анчутки.
-Мамочка..., где ты родненькая..., почему дочку свою не встречаешь...?
-Совсем сбрендила, пролиц ее расшиби! Всю деревню на уши поставит,- забеспокоилась Марфа.- Ты родной посиди на крылечке, а я быстренько туда и обратно сбегаю, только успокою энту бедолагу. А то видать давление у ней подскочило, как бы случаем паралич не разбил.
-Нет уж дудки..., я один не останусь..., ежели хочешь бежать, бери и меня с собой,- решительно, с обидой в голосе, произнес Федот.
Марфа видя, что уговаривать мужа нет смысла, да и время было совсем не подходящее для дебатов, потащила его за собой.
-Прям военное положение у нас в деревне, только с кем воюем непонятно,- задыхаясь от тяжести приговаривала спасительница всех нуждавшихся. - Чудим потихоньку на радость врагу.
У дома Анчутки, они не поняли, о чем та надрывается от слез. На минуту Марфе показалось, что она уже видела такую картину, но только на холсте. Стоя посреди своего двора в одной рубахе, ноги которой утопали в тумане, задрав руки вверх ее подопечная неистово звала всех умерших своих родственников.
-Родимая моя мамушка..., - всплеснула руками Марфа, прислонив перед этим Федота к забору, чтоб тот случайно не свалился на землю,- совсем ополоумела, ты чо, лихоманка старая, мертвых будишь, живым отдыхать мешаешь? Чо ты тут рассупонилась? Какое горе слезами заливаешь?
-Ой..., моя соседка...! И ты тоже здесь..., на небесах...? А я вот здесь никак родственников не докричусь, видать не хотят свою Аннушку встречать.- радостно, как дите, лепетала Анчутка.
-Какие небеса в такую темень, где ты их узреть успела? На небесах-то светло, а тут ночь кромешная, куды тебя еще несет, бестолковая!- старалась привести в чувство больную, Марфа.