-Энто, я так понимаю, от тебя мне большое спасибо и добро даешь на мое исчезновение, то есть уматывай Марфа, только не забывай кормить меня... В общем еще заботу я себе на свою голову нажила и никакой благодарности.
-Все..., сразу свои заковырки высказывает... Ну чо мне..., целовать тебя? Да, ежели хочешь, родней тебя у меня никого нет, только боюсь, сбежишь от меня, как Ванек, поэнтому и ершусь, чоб не привыкать, чоб больно потом не было.
-Глупая... Да куда мне бежать, ежели только в лес к волкам на съедение.
-Хрен вас знает, чо вас от меня несет, словно от заразы. Ладно ступай, а то мокроту щас разведу, весь обед понапрасну пойдет,- укладываясь на кровать прошептала Анчутка.
Марфа не выдержала и чмокнув ее в щеку, пошла на улицу.
Гоголь, когда та скрылась из виду, легонько, чтоб случайно не стереть первого поцелуя, то и дело дотрагивалась до щеки, облегченно вздыхая.
-Щас скоро твоя Дунька еще явиться, со своим следователем, так чо надо обдумать, чо той городить. - довольная собой, засмеялась тайная охотница благородных дел.
Время после обеда пошло быстрее, на часах уже было шестнадцать, когда Евдокия открыла глаза.
-Надо же, как я выспалась, даже до того, как коров пригнали,- обрадовалась Дуня.
Быстренько найдя ногами в темном чулане тапки и повязав платок, она вышла в сени и изумленно остановилась.
-Молоко какое-то...,- осматривая банки, Евдокия не могла понять чье оно и почему к ней принесли, вроде ни у кого не просила,- надо Никиту об нем спросить,- поправляя платок, решила она.
Войдя в дом она внимательно стала рассматривать ходики, которые или остановились, или их чужая рука предательски подвела. Но тут кукушка прокуковала четыре раза, опровергая все надуманные выводы своей хозяйки. И та, как ошпаренная банным ковшом, выскочила во двор, не найдя там ни мужа ни коровы.
- Ну конечно же... Энто он меня пожалел, сам подоил, сам и проводил кормилицу... Приятность, значит, решил сделать мне. А тепереча там, у Федота, лясы точит. Ладно пусть побалагурит, пока я воды на полив натаскаю, небось тоже, мужичок мой, подустал.- рассуждала, успокаивая сама себя, Дуня.
Взяв ведра, она направилась к колодцу, напевая что-то знакомое себе под нос. Настроение было хорошее, послеобеденная жара, уже не так донимала.
-Привет, подруга, никак Анчутку кормить ходила и за мной не зашла, правда я все проспала, даже корову Никитка доил, представляешь...? Ежели он у вас, гони домой, дела делать,- встретив на пути Марфу, радостно поприветствовала ее Евдокия.
-Ты чо городишь...? У нас его с утра не было, да и коров твой доить не умеет... Энто только Федот своей матерью обучен, аль запамятовала? - Марфа смотрела на подругу, как на сумасшедшую.- Зачем все приукрашивать, ежели я сама тебя давича видела, когда ты Ласточку доила и еще с пастухом словом перемолвилась? Дурой-то меня не назовешь! Ты случаем не заболела?
-Вот так всегда... Найдет, как настроение подпортить! Не доила я..., между прочим, проспала!
-Ну, девка, или я, или ты тронулась!- отойдя к забору, Марфа пристально стала разглядывать свою собеседницу.
-Энто ты чо...? Зачем меня пугаешь?- поставив ведра на землю и чуть не плача стала поправлять платок Евдокия.- Где мой Никита? А ну сказывай...! Небось опять в подвале с Федотом?
-Ты совсем очумела...? Может фельдшера позвать...? Прививку для разума тебе поставить. А ну пошли к тебе, там его сыщим, вот потом все на места и встанет,- взяв у Дуни одно ведро, Марфа быстрым шагом повела ее к дому.
Евдокия не зная что и подумать о происшедшем, только молча всхлипывала, теряя свои слезы по дороге, с трудом поспевая за подругой.
-Может, энто смерть моя была...? А...? Ведь, когда видят двойников, значит она рядом ходит?
-Дура...! Чоб у тебя типун на языке вырос! Придумает же... Сначала проспит, а потом тоску наводит,- задыхаясь от быстрой ходьбы, прикрикнула на подругу Марфа.- При смерти так не спят, чо даже перины трещат.
-А ты почем знаешь, как энта злодейка приходит. Небось ты то сама доила и еще меня видела,- не успевала причитать Евдокия.
-Цить...! Говорю...! Щас следствие проведем, тогда выводы делать будем, а пока понапрасну слезы не лей, пригодятся еще, иначе все лицо иссохнет,- как могла успокаивала расстроенную родственницу, Марфа. - Поди и Никита, где-нибудь притулился, а ты и не заметила со сна-то.
Так с выкриками и слезами, они подошли к дому. Но от навеянного страха Дуни, в него почему-то было страшно войти, как будто там лежал покойник. Марфа на минуту остановилась, сделала вид, что вытирает ноги об крыльцо, но и хозяйка дома тоже не спешила ее опередить и спрятавшись за ее широкую спину, то и дело выглядывая из-за широких плеч в открытый проем двери.