- Прощай, прощай! Один лишь поцелуй… И я спущусь…
И он поцеловал меня. Поцеловал на глазах у группы изумленных школьников, по-видимому, не ожидавших такого поворота событий. Сколько страсти крылось в этом мимолетном поцелуе, продолжившем все то, что было между нами ночью. И я прекрасно понимала, то была не роль, то были чувства Игоря, уставшего ждать моего ответа. Оборвав поцелуй так же внезапно, как и неожиданно начал целовать меня, Игорь ловко перепрыгнул через перила балкона и оказался на газоне под окнами гостиницы.
- Уж ты ушел, мой милый, моя любовь, мой муж, властитель, друг! – продолжила я после небольшой заминки, глядя на Игоря сверху вниз. Дети замерев слушали нас, ловя каждое слово. Мы дочитали наши реплики на автомате. Слова, заученные так давно и повторенные бесчисленное количество раз, летели сами по себе, в то время как наши с Игорем мысли были заняты совсем другим. - Тебя зовут изменчивой, Фортуна; а если ты изменчива, то что тебе до тех, кто верен? Оставайся изменчивой: тогда, надеюсь, ты вернешь его мне скоро…
На последней реплике голос мой снова дрогнул, потому что подумала я совсем о другом…
ANCORA II - 16
Дети от всей души аплодировали нашему импровизированному выступлению. Девчонки сразу окружили Игоря, расспрашивая, часто ли ему приходилось на съемках целоваться с партнершами. Ну, естественно, что же еще могло интересовать молоденьких девчонок после такого представления. Весь оставшийся день мы проводили различные групповые тренинги по быстрому запоминанию больших объемов текста и отрабатывали некоторые профессиональные приемы работы на театральной сцене.
День пронесся удивительно быстро, и после ужина все наши подопечные, порядком вымотанные в течение насыщенного мастер-классами дня, попрятались по своим комнатам проверять новости в Интернете. Я не поняла в какой момент испарился Игорь, он ничего мне не сказал, просто незаметно ушел куда-то и не возвращался вплоть до полуночи. Я несколько раз спускалась в холл и выходила к машине, но Верестова нигде не было видно. На мои звонки он тоже не отвечал. Я начала волноваться, но не решилась зайти к Ольге Юрьевне и сказать ей, что племянник исчез.
Я долго не могла уснуть, постоянно ворочалась, отгоняя дурацкие мысли, лезшие в голову. Наконец, во втором часу ночи я довольно крепко уснула, но поспать мне удалось недолго. Разбудил меня грохот от падения чего-то тяжелого и сдавленные мужские ругательства. Я не сразу поняла спросонья, где я нахожусь, и что происходит. Включив тусклый ночник над кроватью, я увидела Верестова, притащившего в номер огромный фанерный информационный стенд.
- Ты чего? Зачем это?! И вообще где ты был все это время?! На звонки мои не отвечал. Я же волновалась!
- Я ходил на Волгу поплавать и подумать… о нас с тобой. А потом перезванивать было поздно. Ты, вероятно, уже спала.
- А это все зачем? – Я кивнула в сторону стенда.
- Сделаем стену между нашими кроватями, чтобы ты больше не переживала за свою неприкосновенность.
Окончательно проснувшись и, наконец-то поняв, что к чему, я не знала, засмеяться мне или броситься обнимать Игоря за такую его трогательную заботу и понимание.
- Раз уж ты все равно проснулась, может быть, поможешь?
Я одобрительно закивала и тут же выскочила из-под простыни, совершенно забыв, насколько откровенная на мне пижама. Я поняла это, лишь заметив театрально поднятые к небу глаза Верестова, комично прошептавшего молитвы всем богам, чтобы даровали ему терпения и силы воли не схватить меня и не овладеть мной на этом же самом стенде.
- Ой, прости… Я сейчас. - И я натянула первую попавшуюся под руки одежду – белоснежную футболку Игоря, которая прикрывала не многим больше, чем провокационные шорты пижамы. Игорь слегка отодвинул свою кровать, чтобы в образовавшийся проем влез стенд.
- А почему кармашками в мою сторону? – попыталась было возмутиться я, но Верестов быстро остудил мой пыл, давая понять, что и так полночи пробегал в поисках решения нашей жилищной проблемы, и теперь жутко хочет спать и не намерен двигать мебель до утра из-за моих капризов. Пришлось смириться.