- Где хоть ты взял-то его? – поинтересовалась я, когда мы с Игорем оба лежали в своих постелях, а между нами возвышался стенд с меценатами и благотворителями земли плесской.
- На первом этаже в коридоре за лестницей. Там почти никто не ходит. Не думаю, что это такая уж незаменимая вещь. В конце концов, мы же его вернем потом, когда уезжать будем.
- Надеюсь, никто не спохватится… Спокойной ночи.
- У нас с тобой еще ни одной спокойной ночи не было, - пробурчал Игорь из-за «стенки». Я не стала спорить, повернулась на бок и уснула сном младенца.
На утро меня ожидало весьма забавное пробуждение. Зазвонил будильник, я открыла глаза и увидела перед собой одутловатое лицо совершенно лысого и жутко самодовольного мужчины.
- Твою ж дивизию! – Только и смогла произнести я, фокусируя зрение на большом цветном снимке, приклеенном к стенду. – Доброе утро, дорогой Опеночкин Валерий Викторович – директор пристани…
- Я этот стенд сюда тащил не для того, чтобы ты к себе начала мужиков водить, - услышала я из-за «стенки» недовольное бурчание сонного Верестова, тоже проснувшегося из-за будильника.
- Этого ты сам сюда привел, – засмеялась я, усаживаясь на кровати и выглядывая поверх стенда на Игоря. – Как и дюжину других местных красавцев. Доброе утро! Можно я первая в душ?
- Предлагаю сэкономить время и сходить туда вмес… - Удар подушкой не дал Верестову закончить мысль.
ANCORA II - 17
После этой ночи у нас с Игорем все наладилось. Мы целыми днями возились с детьми из театральной студии, которые выпивали всю нашу жизненную энергию, так что по вечерам мы не чаяли, как добраться до номера и лечь спать. Как и предполагал Верестов, работа помогла мне совершенно не думать об итальянских приключениях. Через пару недель нашего пребывания в Плесе, Ольга Юрьевна вдруг вспомнила, что нам, как вожатым, положены выходные дни, и предложила на денечек отдохнуть от детей, у которых по программе было большое путешествие на теплоходе по Волге.
- Чем займемся? – спросила я Игоря после завтрака. За эти две недели я совсем отвыкла от того, что у меня может быть свободное время.
- Я помню, как ты мечтала научиться водить машину, - Игорь кивнул в сторону Опеля. – Хочешь, сегодня попробуем? У нас есть в запасе целый день. Можно уехать за город и покататься по проселочным дорогам.
Я не верила своим ушам. Неужели он решил доверить мне свою машину?
- Я бы с удовольствием, но я страшно боюсь что-нибудь сломать, - неуверенно ответила я.
- Да нечего там ломать, не переживай. А если научишься водить механику, то с автоматом и подавно справишься.
Не помня себя от счастья, я крепко обняла Игоря и поцеловала в щеку. Это было большой ошибкой, так как Верестов так просто не упускал подобные шансы, и я оказалась в кольце крепких объятий.
- С трудом верится, что нам наконец-то удастся побыть наедине, - прошептал Игорь мне на ухо. – Подозреваю, нам полагалось по выходному на каждую рабочую неделю. Но хвала небесам, что тётушка вспомнила хотя бы об одном.
- Игорь, дети же кругом, - попыталась я остудить своего кавалера, но мои слова улетели в никуда.
- Чем ты боишься их удивить? Нашими объятиями? Не смеши меня, - Игорь лишь крепче прижал меня к себе. – Сегодня ты только моя. Никаких детей и никакого Валеры! – добавил он смеясь.
Валерой Игорь в шутку называл того самого мужика-мецената, фотография которого нешуточно напугала меня при первом пробуждении возле стенда. С тех пор Верестов отпустил не одну шуточку по поводу наших с Валерой жарких ночей у него за «стенкой».
- Твоя, твоя. Только давай уже уедем куда-нибудь, чтобы отдыхающие не начали нас обсуждать, – взмолилась я, пытаясь высвободиться из крепких объятий Игоря.
Верестов нехотя выпустил меня, и я поспешила к Опелю, делая вид, что мне не терпится начать обучение. Если честно, мне и в самом деле безумно хотелось попробовать водить машину. Папа не подпускал меня к нашей, заявив, что ломать надо не свою, а учебную. А мне страшно было оплачивать курсы в автошколе, не попробовав прежде посидеть за рулем. А вдруг я совершенно не создана для вождения?