- Он прекрасен! – приговаривала я, поймав сеть Wi-Fi и поставив скачиваться любимые приложения. Когда я уже собиралась отложить телефон и вернуться к завтраку, экран айфона неожиданно засветился, а корпус завибрировал, оповещая о входящем вызове. Номер я узнала сразу же, звонила мама. Я обернулась к Габриэлю и приложила палец к губам, давая понять, чтобы он сейчас ничего не говорил.
- Алло!
- Наташа? Ты где?! Ты в порядке? Мы с папой вчера вернули с дачи, а тебя нет дома, телефон не отвечает… К ночи ты тоже не вернулась… Еще чуть-чуть и мы бы стали звонить в полицию. Хорошо пришла смс-ка, что ты снова в сети… Где ты? Я звонила Саше, она скала, что уже несколько дней не видела тебя, и даже вчера на концерте не нашла, хотя подходила к твоему месту!
Я готова была сквозь землю провалиться. Мы с мамой были не настолько близки, чтобы я могла ей просто заявить, что ночевала в гостинице в номере любимого мужчины. Она бы просто меня не поняла.
- Мама, со мной все в порядке. Я вчера попала в небольшую аварию… Нет-нет! Я абсолютно здорова, но телефон пострадал… Не переживай, я совсем скоро вернусь домой и всё тебе расскажу.
- Но где ты сейчас? Папа приедет на машине и заберет тебя.
- Не надо… Я возьму такси… Давай не по телефону... Только не переживай, со мной действительно всё замечательно. Я приеду в течение часа.
Я повесила трубку и испуганно взглянула на Габриэля, не зная, как ему объяснить, что мне срочно нужно оставить его.
- Сокровище мое, что случилось? – взволнованно спросил Габриэль, заметив, что на мне лица нет.
- Мама… Они с папой на пару дней раньше вернулись с дачи и не застали меня дома, а потом не смогли дозвониться… А потом я и ночью не вернулась домой… В общем, все сложно… И я… Я должна ехать, иначе они там с ума сойдут.
Габриэль поднялся с кресла и, подойдя ко мне, крепко обнял, словно боялся, что я могу испариться в ту же секунду.
- Уехать? Сейчас?!
Конте явно был еще не готов со мной попрощаться. Да что там говорить, я и сама была к этому категорически не готова. Слезы навернулись на глаза, и я, хлюпая носом, уткнулась в плечо любимого.
- Но почему ты просто не скажешь ей, что с тобой все в порядке? Что ты приедешь позже, потому что сейчас ты со мной…
Я подняла голову и внимательно посмотрела в глаза Габриэля.
- С тобой?... А твоя мама тоже знает, что ты сейчас здесь со мной?
Конте молча отвел взгляд, и от этого мне стало еще обиднее.
- Да кто вообще знает о нас с тобой кроме твоей драгоценной Виттории и Тони с Алексом? Думаю, и они бы не знали, если бы у тебя был хоть малейший шанс утаить эти отношения. Знаешь, что я вчера пережила, когда, промчавшись через всю Москву под ливнем на мотоцикле, вдруг поняла, что не могу подойти к тебе у всех на виду? Не могу подойти и выставить на показ наши отношения, потому что мы с тобой еще не обсуждали этот вопрос, и я не знаю, можно это делать или нельзя! Я смотрела как ты садишься в микроавтобус и уезжаешь, и если бы не Роман… Если бы не Рома, мы бы с тобой вообще не увиделись, потому что возле отеля снова толпились фанатки! И я снова не могла ждать тебя у всех на виду.. И в отель зайти не могла, меня бы просто сюда не пустили одну мокрую и грязную…
- Прости меня, – прошептал Конте, крепче прижимая меня к себе, но я успела разозлиться, и теперь из принципа пыталась оттолкнуть его от себя. К счастью, Габриэль был значительно сильнее. – Я просто пытался уберечь тебя от злых языков. Ты не представляешь, что пережил Тони, когда в прошлый раз решился показать миру свою девушку. На них вылили столько желчи и грязи… Я не хотел втягивать тебя во все это… Но если ты захочешь… Только скажи…
Долгий и бесконечно нежный поцелуй заставил меня сдаться. Я перестала вырываться и полностью растворилась в этом поцелуе.
- Не нужно никому ничего рассказывать, - чуть позже тихо ответила я, отворачиваясь к окну, чтобы Габриэль не видел, что я снова плачу. – Ты абсолютно прав… Как всегда… Но сейчас мне действительно нужно ехать.
Я ушла в ванную, не столько, чтобы переодеться, сколько чтобы поплакать, а потом умыться. Я старалась не накручивать себя и не думать ни о чем плохом, но в голову сами собой снова лезли фразы, брошенные в Фенисе Витторией, пророчившей быстрый закат нашего с Конте романа. Когда я вернулась в номер, Габриэль был одет в рубашку и брюки. На этот раз никаких вольно расстегнутых пуговиц. Все очень серьезно и по-деловому.