- Да, в гостинице. В его номере.
- Как какая-то…
- Мам! – я рассердилась. – Мне двадцать лет. Ты в этом возрасте уже замужем была!
- Вот именно! Замужем! А этому итальяшке что от тебя нужно? Уж явно не семья и дети, - в сердцах прибавила мама, чем очень сильно задела меня за живое. Мы с Габриэлем и в самом деле никогда не говорили о нашем будущем, но ведь и история нашего знакомства была не длиннее этого лета.
- Позволь нам самим во всем разобраться, - достаточно жестко ответила я. – Кстати, на выходных мы с ним улетаем в Белград на три дня. А перед этим я пойду писать заявление на академический отпуск, так как решила посвятить ближайший год работе с модельными агентствами.
- Да что же случилось с тобой в этой Италии? – развела руками мама. – Всю жизнь решила перевернуть вверх дном? Ведь пожалеешь потом!
- Возможно… Но это мое решение.
После этого я ушла к себе в комнату и, закрывшись изнутри, проплакала около получаса. Мне так нужна была мамина поддержка в это непростое для меня время, но, похоже, придется справляться со всем своими силами.
Мама не выдержала первой. Она постучалась и позвала меня завтракать. Я, может быть, и попробовала бы показать характер в другой день, но сейчас я просто умирала от голода, так как в последний раз ела на затянувшемся обеде во время съемок накануне. Вечером нам с Габриэлем было не до ужина, а завтрак пришлось отложить по известным причинам.
Судя по всему, пока я рыдала в комнате, папа провел маме разъяснительную беседу, так как на кухне никто больше не лез мне в душу, разговоры велись на самые отвлеченные и нейтральные темы, что позволило мне успокоиться и расслабиться. А улыбку мне вернуло сообщение от Габриэля, пришедшее в Ватсапе: «Мы уже на пути в аэропорт. Начинаю отсчет часов до нашей следующей встречи. Люблю тебя безумно!».
ANCORA II - 35
Следующая неделя была полна событий, сильно изменивших мою жизнь. Сначала мне позвонили из модельного агентства и предложили подъехать обсудить более долгосрочные контракты. Естественно, я примчалась к ним в тот же день, захватив с собой портфолио. Директор агентства, очень эффектная дама лет сорока, общалась со мной в своем офисе в центре Москвы, внимательно рассматривала фотографии и особенно интересовалась моей работой в Италии и знанием иностранных языков. К концу собеседования стало понятно, что им интересны модели, готовые работать и жить за границей. Я несколько растерялась и спросила, есть ли у меня время на размышление. Мне дали три дня, так как в ближайшее время намечались первые выездные съемки, а, значит, необходимо было готовить документы и визы.
Еще через день я забрала документы из ВГИКа. Первоначально я хотела взять академический отпуск, но оказалось, что в ближайшие два-три года не планировалось наборов по моей специальности, и мне просто негде было бы восстанавливаться. К тому моменту я окончательно уверилась, что актерская карьера – это отнюдь не то, ради чего я бы стала жертвовать своей личной жизнью, а потому я с легким сердцем забрала документы.
После этого не было смысла оттягивать разговор с агентством. Я оказалась свободной и готовой к любым переменам в моей жизни, и начать решила с интересного контракта. Только когда дело было сделано, я сообщила родителям, что больше не учусь во ВГИКе и в скором времени уезжаю из России на неопределенное время. Маме с папой осталось только грустно вздохнуть и надеяться, что я не пожалею об этом.
Габриэль отреагировал на новости неоднозначно. С одной стороны он был рад, что я отказалась от актерской карьеры, перспективы моего будущего в качестве актрисы давно не давали ему покоя. С другой стороны работа в сфере модельного бизнеса тоже не особенно утешала его, но из двух зол была все же меньшим.
- Ну, а ты-то кем бы хотел меня видеть? – пыталась я добиться от Конте хоть какого-то внятного ответа, чувствуя между строк некую недосказанность.
- Я не знаю… Но мне кажется, что тебе нужно что-то более творческое, чем позирование перед камерами и нарезание кругов на подиуме. Работа с детьми тебе, кажется, нравилась… Может быть что-то в этой сфере?
- Габриэель, это несерьезно. Чтобы работать с детьми, я должна учиться. Если я вернусь к учебе, пусть даже поступлю в другой вуз, мы с тобой практически не сможем видеться. У меня будет пара недель каникул зимой и месяц летом. С международными перелетами мы даже на выходных не сможем встречаться. Неужели ты не понимаешь, что я делаю это ради тебя? Я всю свою жизнь перевернула ради нас!