— Действительно, — ее тон из шутливого сменился и теперь ясно читался гнев.
Машина выехала на трассу и притормозила. Удерживая «Оникс» на месте, девушка задрифтовала, разогревая покрышки.
— Ты бы пристегнулся, — как бы между делом посоветовал друг оборотню.
— Да ладно, не так уж и плохо она водит, — Рустем хмыкнул.
— Смотри сам. Имей ввиду, что даже бессмертный с нами не поехал, а также некромаг и инкуб.
Подумав, Тем натянул ремень. Послышался короткий щелчок.
Ну вас, юмористов, в баню. Прошлого раза хватило.
И тут началось. Стремительно набирая скорость, автомобиль, будто рассекая пространство, рвался вперед. Не прошло и двадцати секунд, как машина летела со скоростью триста километров в час.
Тем почувствовал, как его вдавило в сидение.
Черт, даже вампир не такой самоубийца. Боже мой, милая, только не выпади куда-нибудь в Катарсис.
— Итак, поговорим, — с нажимом проговорила девушка, не отвлекаясь от дороги.
— Поговорим, — Мстислав равнодушно вздохнул, понимая, что деваться некуда.
— Ты был не прав.
— Я был не прав, — спокойно повторил он, стараясь не провоцировать свою любимую на всплеск Импульса.
— О чем ты вообще думал? Как можно было избавиться от меня? Как можно было обречь Рустема на страдания? О чем ты думал, когда шел в бой без прикрытия?
— Ой, кто бы говорил насчет прикрытия, — тихо буркнул муж, но громче добавил. — Я боялся за твою жизнь и предусмотрел вариант на случай своей смерти. Рустем смог бы наладить твою жизнь, хоть и пришлось бы тебя вытаскивать из разных неприятностей. Вот как, сидя в такой глуши, ты смогла натолкнуться на Мора?
— А ты не думал, что лучше бы я прикрывала твою спину?! Да еще и раскрыл моих родителей! — ее злость поражала в самое сердце, будто тонкая игла.
— Поверь, думал, — Шархан бросил обеспокоенный взгляд на Виту, заметив, что они еще ускорились. — Журналисты все равно бы раскопали это, и история обросла бы нелицеприятными слухами, просто я оказался быстрее и сократил негатив в несколько раз. Но я хочу для тебя лучшей жизни. И ты знаешь, что я не лгу.
— Знаю, — нехотя буркнула она, в заносе влетая в поворот.
— И не боюсь, — он хмыкнул, покачав головой. — Как тебе гонять со Смертью? — он обернулся к другу.
Оборотень сидел подозрительно тихим и бледным, напоминая напуганное приведения.
— Блин, я же говорил, не блондин ты, просто седой, — заметил Мстислав.
— Поседеешь с вами, — оборотень тяжело вздохнул. — Вот такое всегда?
— Это спокойное вождение. В город въедем, офанареешь, — с озорством пообещал Мстислав.
— Да я как бы уже офанарел, — он повернул голову к рок-диве. — Сколько аварий?
— Аварии не интересно, лучше спроси сколько машин она загубила, пусть и не по своей воле, — Мстислав явно веселился.
Соколова коротко хихикнула и выставила другой режим вождения. В ту же секунду появились дополнительные ремни, встроенные в сидения. Они выглядели серьезно, напоминая прочный каркас, надежно держа пассажиров.
— Ну с богом! — Мстислав незаметно перекрестился и в эту же секунду им наперерез бросилась чья-то машина.
Завизжали тормоза, запахло паленым. Мастерски, девушка обошла преграду, почти не сбавляя скорости.
С богом? Я вот надеюсь, что ты сейчас пошутил!
Машина завертелась волчком, искусно уворачиваясь от все новых и новых противников. Будто пешки в чьей-то игре, они намеревались протаранить «Оникс», всячески препятствуя движению.
Со злостью, девушка резко вывернула руль, бросая машину в контролируемый занос и снося бампером самого настырного на легковушке. От удара машину снесло на обочину.
Витторина не суетилась. Она четко осознавала свои силы, понимала, что с ней в машине находятся два дорогих и любимых человек, которых нужно любой ценой сберечь. Динамичная музыка подсказывала ритм и стиль вождения. Мстислав упорно молчал. Ему тяжело было находиться в машине не за рулем, и нет-нет, да хотелось отпустить язвительный комментарий, хоть его жена являлась прекрасным водителем.
Она без дерготни управляла «Ониксом», четко вращая руль, без единого лишнего движения.
— Как они меня достали, — сквозь зубы проговорила девушка и обстановка в машине резко накалилась.
В зеркало Рустем успел заметить, как карие глаза поменяли цвет. Насыщенный фиолетовый, несущий ужас и смерть. Несколько машин, кинувшихся наперерез без всякой причин вдруг взорвались. Мстислав чуть повернул голову к своей жене, будто почувствовал ее Хаос.