— Эээ, да, — запнулся я.
— Это прекрасно. Есть только небольшой минус: ты рассеян немного, не хватает уверенности. И с твоего позволения, мы это исправим.
— То есть Вы меня берете?! — не поверил собственным ушам.
— Да, а почему нет?
— Ну не знаю. Наверное, таких желающих полно…
— Не особо. Просто не каждый готов брать ответственность за жизнь других людей.
У меня было все. Все тридцать три удовольствия и даже больше я могла позволить себе любые шмотки или побрякушки, отдых на Мальдивах или же купить дорогой автомобиль. Мои родители занимали определенные должности с неясной работой, но вполне ясным окладом с шестью нулями. И мне было плевать на все и всех. Мне нашли идеального мужа, который мог оплатить практически любой мой каприз. И мне это нравилось. Я жила как королева. Постоянные спа-процедуры, фитнесс с личным инструктором, шопинг, поход в бары, клубы или кафе, куда пускают только избранных. О да, такая жизнь по мне.
На мою свадьбу мы сильно потратились, но казали все самое лучшее. Определенно таким размахом никто не мог похвастаться — почти семьсот гостей, платье мечты в полмиллиарда долларов, место проведения — Петергоф.
Когда началась эвакуация, наши вещи остались в столице. Нам даже не позволили ничего забрать. Люди вывозили с собой только особо значимое имущество, но нам не разрешили, хотя многие сувениры стоили немалых денег. И почему-то особый запрет был введен на документы, на паспорта. О них вообще всем сказали забыть.
Мы сидели в бомбоубежище и ждали непонятно чего. Толком удобств не было, еду выдавали строго по часам. Время пришлось коротать с обычными людьми, которые ничего в этой жизни не добились.
Когда вернулись в город, всех уровняли. У всех одинаковые квартиры, которые невозможно было унаследовать или передарить, обменять. Теперь это была государственная собственность. В тоже время, перестали существовать бомжи. Машины полагались лишь тем, кто занимался в курьерской доставкой или же экстренным службам. Остальные ходили пешком, ездили на велосипедах или же пользовались общественным транспортом.
Моя жизнь превратилась в ад. Меня и моего мужа отправили работать, причем не давали сачковать и бить баклуши. Я возненавидела этот мир.
Желающих задать вопрос было много. Самое интересное озвучили вслух. Ответы на другие были опубликованы на официальном сайте на всеобщее обозрение и комментирование.
— Скажите, вот Вас не выбирали, но Вы набрались смелости и наглости, чтобы изменить нашу реальность. Как Вы до такого додумались?
— Прости меня, добрый человек, за эту наглость, нов свое оправдание могу заметить: разве плоха Ваша реальность теперь? Все мы неплохо потрудились и пришли к первым поставленным задачам. Разве это плохо?
— Нет, не плохо, но Вы насильно взяли власть в свои руки.
— Прошу прощения. Я хотела показать, что все мы можем жить лучше, что для нас это возможно. А главное, что для этого не требуется много времени. Все быстро и в срок.
Витторина открыла глаза и вместе с этим, мутноватая жидкость из капсулы постепенно ушла через примыкающие к стеклу шланги. Тяжело вздохнув, девушка подождала пока ее откроют и спустилась на пол, придерживаемая Мстиславом.
— Много отзывов. Очень много. Вроде и рады, но ошарашены нашим внезапным появлением, — грустно изрекла она.
— Ты сама говорила, девочка моя, что мир нужно и можно делать лучше. Нам повезло, мы успели воспользоваться ситуацией. В войне никто не пострадал, а города удалось отстроить заново. И все благодаря тебе и Марте.
В кабинет вошел Тимофей (один из сотрудников Информационного отделения) весело переговариваясь с товарищем по службе Иброхимом, но завидев Виту шутливо откликнулся:
— Та вы шо, опять в мировое хасподство играете!? Все игру играете и никак не выиграете. Цэ не есть Дота, без конца без начала.
— А вы опять хавчик заныкали, — рассмеялась девушка, вспоминая как парочка обнесла холодильник после долгого рабочего заседания.
— Почему хавчик? Эээ, нэ красит тебя сие слово, Княжна-Матушка, — Святозар покачал головой, заходя следом за Иброхимом.
— Так Анютка говорила когда-то, вот ассоциация и осталась. Но кушать хочется.
— Мы стол накрыли, — добродушно откликнулся Иброхим. — Скоро наши все приедут, тоже голодные с задания. Да и Ритка старалась.
— Спасибо большое!
Глава 42
Серые дома серых пешеходов.
Грустные сердца чьих то баритонов.
Я спешу домой закрывая рану.
Вытираешь ты кровавую катану.