— Пока мы ждем, я бы предложил посмотреть некоторые видео-воспоминания о той войне, о которой ваше поколение слышало лишь в школе.
Темный экран ожил, показывая реальные ужасы.
Анклау громко рассмеялся.
— Вы невероятно милы, уважаемая Витторина.
— Так, имей совесть. Я гроза всего и вся, Смерть в конце концов, — она укоризненно смотрела на рептилоида снизу вверх. Не хватало лишь ножкой топнуть. Анклау она нашла интуитивно в одном из местных кабаков и естественно, приперла к стенке.
— В следующий раз, вы можете просто обратиться к любому из нашей расы. Поверьте, вам не рискнут отказать.
— Слушай, обстоятельства сейчас были не те. Ну извини, не со зла, — нервно потопав ножкой, Витторина уточнила. — Ты знаешь, как добраться до главного укрытия Демонессы?
— Вам стоит только захотеть. Либо дойти до Портала и проходи через него с мыслью, что нашли Марену, — Анклау улыбнулся. — Система автоматически перенесет тебя к ней.
Распрощавшись, женщина покинула помещение в форме зеркальной сферы и взлетела. Повезло, что поиски в городе не затянулись. Сработал какой-то внутренний механизм, который подсказал, что поблизости есть Анклау. Тот помог погрузиться в странный Катарсис, в котором Витторине удалось завербовать на той «закрытой» стороне с нечистью, которая была заточена Демонессой. Это даже не было тюрьмой, нечто, похожее на Анабиоз, из которого создания не могли выбраться самостоятельно. Витторине было что им предложить и это сильно упростило задачу.
Глава 57
Развлечений было немного, поэтому Демонесса на огромном экране показывала жизнь Витторины Соколовой-Соколовской-Бессмертной, надеясь тем самым дискредитировать ее в глазах друзей.
Он припарковал машину и обернулся к жене. Она, на удивление, сидела тихой задумчивой тенью, будто рассуждая о смысле бытия. Протянув руку, Мстислав убрал выбившуюся из прически супруги прядь попутно обнажая шею и едва касаясь кожи. Ее глаза вспыхнули фиалковым огнём и погасли. Едва заметно улыбнувшись, она произнесла:
— Иногда меня посещают сомнения, вдруг тебе со мной…
Он не стал дослушивать. Резким движением нажал на кнопку, заставляя своё кресло максимально отодвинуться назад и аккуратно, но решительно пересадил Виту к себе на колени. В машине было тесновато и это стало лишь дополнительной причиной прижать девушку к себе.
— Вот глядя мне в глаза скажи, ты счастлива? — тихо спросил он.
— Да, — она мило покраснела, а глаза заблестели.
— Я люблю тебя, родная. Девочка моя, милая, — и ласково поцеловал.
Демонесса хмыкнула. Самое страшное порождение имело вполне заячью натуру — мягкую и пушистую. Но не белую. Да, Марена являлась той, кого можно было почесать за ушком, но вот не факт, что будет чем чесать.
— Рустем Беркутов, — протянула она, оборачиваясь к оборотню. — Ты ведь единственный из присутствующих не сомневаешься, что она придёт.
Это не был вопрос и Тем смерил женщину презрительным взглядом. Он не сомневался, и отрицать очевидное не имело смысла.
Демонесса покрутилась, будто танцуя, ее приподнятое настроение омрачало лица собравшихся.
— Но больше всего я люблю этот момент.
И экран вспыхнул.
Витторина пела какую-то песню в небольшом рок-клубе. Ее взгляд скользил по залу, отмечал знакомых. Добравшись до лицезрения балкона голос рок-дивы вдруг заметно дрогнул, а взгляд словно прикован к парню. На втором этаже опершись на поручень стоял Мстислав и с любопытством смотрел на певицу. Она совсем юная, еще не та матерая «убийца», если к ней это вообще применимо, смутилась.
Микрофон вдруг захрипел и перестал работать. Музыка сошла на нет. На сцену выскочила запыхавшаяся Анечка, неся новый микрофон подруге.
— Выступи красиво, — шепнула рыжая чертовка и, мягко улыбнувшись, поспешила покинуть сцену.
Второй раз та же песня прозвучала эмоционально и ярко.
Мстислав, не отводя взгляда, следил за выступлением, а Витторина лишь украдкой поглядывала на него, несколько растеряно и смущенно. Они практически не были знакомы. Вита прошла лишь первый отбор на поступление в Академию Лемур, украсив своим именем списки. Молодые, амбициозные, они тогда даже не представляли сколько всего поменяется в их жизни.
Вита покинула сцену и ее взору предстала странная картина — кабель был разрублен топором. Переведя удивленный взгляд на смутившуюся подругу, Смерть уточнила: