Марта скрыла всех участников разборок за куполом Барьера, не позволяя тем самым покинуть поле боя.
— Ты бы не оценил моих стараний. Я, можно сказать, подарил ей новую жизнь, — Хорс остановился. — Ты даже не понимаешь, как сильно я ее люблю, что готов был дать столь ценный дар.
Мстислав не ответил. Он вообще старался не допускать сейчас посторонних мыслей. Холодная голова, чистый разум.
— Марта?! Мое почтение, — Хорс отвесил шутовской поклон. — Как там Витторина? Оценила мой подарок?
— Она убьёт тебя, — сухо ответила Смерть.
— Так значит она найдёт дорогу назад? Похвально-похвально. Хотя что стоит ожидать от самой Смерти, — вампир осклабился. — Уверен ей идёт новая жажда крови.
Мстислав почувствовал, как сердце пропустило удар. Силой воли он отмёл в сторону все дурные предчувствия. Его девочка может все. И с ней Рустем, который в лепешку разобьётся, но постарается вернуть жену друга в целости и сохранности.
Казимир Мирославович стоял за плечом Марены и думал лишь об одном — когда все это закончится? Когда уже закончатся войны? Когда можно будет насладиться жизнью?
Хорс совершил резкий рывок, но впечатавшими в невидимую стену Барьера отшатнулся назад с удивлением глядя перед собой.
В небе вспыхнуло открытое окно телепорта. На мгновение все отвлеклись. Запрокинув головы, собравшиеся наблюдали как отряд Оскаров покинул галактическое пространство устремляясь к земле. Нет, не так. Устремляясь к Земле.
Вита фыркнула. Настроить аккуратно контакт не получалось. Оставалось лишь действовать в лоб. Тяжело вздохнула.
— Эй, — тихо позвал ее Тем. — Выше носик вампиреныш, — он взъерошил ей волосы. — Мы можем попробовать найти другой способ.
— Не помню говорила или нет… Спасибо, — ее фиалковые глаза посмотрели сквозь него.
Он выдержал ее долгий взгляд и негромко ответил:
— Не за что.
Смерть моргнула и посмотрела на него уже осознанным взглядом.
— Ты столько сделал. Для нас с Мстиславом, для меня…я в неоплатном долгу.
— Нет никаких долгов. Это были мои решения, и ты не должна за них расплачиваться.
Она мило улыбнулась, демонстрируя клыки.
— Тебя бы покормить, — заметил оборотень.
— Как только окажемся на той стороне, — женщина снова погрустнела. — Прости за все это. Вынужден нянчиться со мной.
— Не поверишь, мне это в радость, — Беркутов хмыкнул. — Я никогда ещё не чувствовал бОльшую прелесть жизни, чем теперь находясь с тобой рядом.
Она покачала головой.
— Матвей…сильно переживал, увидев меня тогда?
— Скорее он не поверил собственным глазам. На него в один день такое количество информации рухнуло, но он стойко воспринимал все. Хотя, конечно, переживал за тебя. И не удивительно. У него самая замечательная мама.
— Казимир Мирославович с тобой бы не согласился, — она тихо рассмеялась. — Он меня вечно называет «мать-ехидна».
— Любя ведь, — Рустем улыбнулся, обнимая Смерть за плечи.
— Я попробую снова провалиться в ее сознание, — Витторина сонно зевнула. — Главное будь рядом.
Он кивнул. Несомненно, он будет рядом, особенно когда она просит об этом. Смерть провалилась в сон. Ее голова покоилась на плече оборотня.
Кададжи хмыкнул.
— Охмуряешь жену друга?
— Нет, — Беркутов усмехнулся, понимая, что со стороны порой все выглядит именно так, как показалось мутанту.
— И какого это жить с мыслью, что предпочли не тебя? — издевательски поинтересовался собеседник.
— Тебе так нравится рыться в чужом грязном белье?! — Рустем поднял на мутанта свои синие глаза.
— Я пытаюсь понять, — с паузой проговорил Кададжи.
— Даже не пытайся, — вполне миролюбиво заметил оборотень.
Витторина ощущала сознание своей Косы, это чувство ее умиротворяло. Хотелось спать и есть. Особенно есть. То и дело взгляд фиалковых глаз задерживался на шее оборотня.
— Выпей моей крови, — вдруг предложил Кададжи.
Рустем перевёл удивленный взгляд с мутанта на женщину.
— Она голодна и может сорваться. Твоя сила, Тем, нам потребуется, поэтому выбор очевиден.