— Прости меня.
— Мстислав, я…
— Ты лучшее, что могло произойти в моей жизни. И если ты все видела в Катарсисе, то должна знать, что я не лгу.
— А если то осталось лишь там, среди несбывшихся воспоминаний?! Если тебе уготована другая жизнь? — она порывисто встала, глядя на мужчину снизу вверх. Ей хотелось коснуться его, хотелось…
— Ты сомневаешься, — он усмехнулся, подходя к ней впритык и мягко обнимая за талию. — Но это можно исправить.
Взяв ее лицо в свои ладони, мужчина наклонился, целуя и чувствуя, как ее тело обмякает, как нежно и робко она отвечает. Погладив по щеке, он ладонью направляет ее руки, закидывая к себе на плечи, ища ее прикосновений. Ее сердце бешено колотилось, отзываясь на нежные прикосновения. Как никогда раньше, Вита чувствовала себя желанной
— Мстислав… — прервав ненадолго поцелуй, она испуганно смотрит ему в глаза. Она не привыкла поддаваться своим чувствам, боится быть отвергнутой.
— Ты моя жизнь, — просто отвечает он и она верит, видя это через Катарсис. Витторина первая тянется к нему желая, и он отвечает ей, исполняя ее маленькое «хочу». Фиалковые глаза мигнули, возвращая себе естественный оттенок, а тело вверило себя в крепкие мужские объятия.
Матвей моргнул. Его родители такие сильные. Сколько они были вместе? Через что им пришлось пройти? На что готовы ради друг друга? Подросток покачал головой, краем глаза отмечая, что Анечка улыбается своим мыслям. Та, кто стала в ином мире лишь призраком и все равно была рядом с Витой, помогая и поддерживая.
Но время шло, а мама все не появлялась. В тоже время, не было сомнений в том, что дядя Рустем позаботится о ней. Значит остаётся только ждать.
Матвей видел, как вдруг погрустнела Анечка.
— Что случилось?
— Да вспомнила, — она отмахнулась. Конечно вспомнила. Как толкнула подругу в Академию, как заставляла бороться. В какой-то день Витторина сильно сдала вперед. Разбитая морально измотанная она начала психовать. Ее раздражало отношение к ней — Смерть боялись. Абитуриенты смотрели на нее свысока, сотрудники Академии с опасением, видя в ней угрозу. Это тяготило. Аня помнила, словно это произошло вчера, резкий всплеск, секундная истерика и крик, крик о помощи, крик о душевной боли.
— Почему? Разве я начала это?
Анечка не сомневалась, что Шархан уже в курсе ситуации, наверняка наблюдает.
— Вит, — она виновато обняла подругу. — Я понимаю, что сейчас тяжело. Но…выбей это место, ты должна поступить. Жизнь кардинально изменится. Ты обязательно будешь счастлива, клянусь, я сделаю все возможное для этого, — она обнимает подругу за плечи и плачет. Плачет от ее боли, плачет что не может ничего изменить по щелчку пальцев.
Немного успокоившись, Витторина покидает комнату общежития, в которое их временно заселили и почти сразу ойкает. Анечка помнит, как подглядывала за происходящим, как пришедший Шархан прижал ее подругу к стене, как успокаивал. Она смотрела на него во все глаза, которые выдавали ее настоящие чувства. Аня знала, что Вита тяжело переживала свою влюблённость в Шархана, скрывала. И это было понятно, ведь, как и все, именно сейчас Соколова была уязвима, боялась быть отвергнутой. Шархан это знал. Каждым своим действие, словом он старался развеять сомнения. Обнимая за плечи Виту, он предлагает ей вместе пообедать, и Анечка выдыхает, радуясь за подругу.
— Мстислав, ты что забыл? — Вита влетела в комнату открыв дверь с пинка.
— Не забыл, но уточни что именно, — мужчина улыбнулся, отпивая из чашки чай. Казимир Мирославович сидел напротив и доедал пирожное.
— У нас встреча со свингерами.
Мужчины поперхнулись одновременно.
— Что? — Казимир Мирославович с трудом удерживался, чтобы не рассмеяться в голос.
— Герхард и Гертруда Сфингхерты, — четко выговаривая буквы повторила девушка, закатив глаза. — Ты забыл, да?
— Как я мог такое забыть?! — сам себе под нос буркнул Мстислав.
Витторина нахмурилась, скрещивая руки на груди.
— Мстислав, ну хоть каплю серьезности. Я напоминала об этой встрече семь раз и все без толку. Ты сам просил найти тех, кому продадим мой автомобиль.