— Но, — попыталась вставить вельтка…
— Никаких но, — отрезал Николай. — И на будущее хочу тебя предупредить, здесь нет ТЕБЯ и ТВОИХ интересов. Пока мы вместе, есть МЫ, есть НАША ЖИЗНЬ и НАША ОБЩАЯ ОПАСНОСТЬ. Все мы в одной упряжке и именно поэтому еще живы.
Он с грохотом отодвинул стул и встал.
— Кайл! — заволновался Эрик. — Ты куда?
— Иду в трущобы.
— Что ты там забыл? Туда средь бела дня-то никто соваться не станет, я уж не говорю про ночь!
— Мне нужно найти капитана и собрать команду, готовую переправить нас на тот берег.
— Ага! Замечательная идея! — выдохнула Эдель. — Мало того, что мы отправляемся в Каланар через полосу тумана, так еще и под командованием головорезов! Воров и убийц!
— Я тебе уже, по-моему, все сказал, — разъяренно прорычал Николай, — если тебя предложенный вариант не устраивает, можешь искать другой.
— Прекрасно! — сверкнула глазами вельтка. — Можешь идти в трущобы, тебе там самое место!
— Да, по крайней мере, там мой внешний вид не будет вызвать такого омерзения, какой сейчас написан на твоем лице.
Коля потянулся к столу, зло схватил перечницу и бросил ее в сумку. Заодно он сгреб бутылочку с черной специей и с соседнего стола, отправив ее вслед за первой, нисколечко не стесняясь остолбеневшей от подобной наглости парочки интеллигентных старичков.
— Счет можете предъявить ему, — он кивнул в сторону Адияра и поспешил покинуть негостеприимное место. Странно, его совершенно не заботило, какое впечатление о нем успела составить добрая половина этой гостиницы, и что подумает купец, с такой добротой отнесшийся к его друзьям. Все, что его волновало, так это отношение к нему вельтской принцессы. Он никак не мог взять в толк, почему она так его ненавидит? С самого момента их знакомства он ни разу не услышал от нее в свой адрес не то, чтобы доброго слова, но не видел даже улыбки. И даже тогда, когда Эдель перевязывала его плечо, не поймал на себе ее такого задорного и открытого взгляда, каким она с особым усердием одаривала сегодня Адияра.
— Боже, она сведет меня с ума, — пробормотал он, остановился и устало оперся о стену коридора.
— Кайл! Кайл! Подожди! — его догнали Эрик Грейд.
— Ты что, один собрался гулять по трущобам? — хмуро бросил мальчик.
— Да.
— Не пойдет. Идем вместе.
— Нет. Слишком рискованно, — попытался отговориться Коля, но меррил его перебил.
— Именно поэтому тебе нельзя идти одному. Я пойду с тобой. А Эрик останется с Эдель.
— Но почему я! Вечно мне выпадают самые нудные поручения! — огорченно воскликнул паренек.
— Потому что я смогу найти общий язык с жителями трущоб. Как никак, все-таки я бывший глава воровской общины, а вот ты — нет.
Коля одобрительно кивнул Грейду. Сказать, что Эрик еще мал, чтобы соваться в такие опасные мероприятия, значило глубоко оскорбить его, и меррил нашел простое объяснение, против которого не поспоришь.
— Эрик, тебе придется охранять Эдель, а это тоже очень важное задание! Не можем же мы оставить ее здесь одну? — подмигнул мальчику Коля. — Да, еще — возьми вот сумку, здесь Светофор, а также перец. Я обещал дать ему лакомство по приезду. Только, — он посмотрел на взметнувшийся оттуда столбик черной пыли, — по-моему, тебе придется сходить за очередной порцией! Эту хитрец уже прикончил!
Сунув драгоценную ношу в руки Эрика, он направился вместе с Грейдом в сторону выхода из гостиницы. Мальчик тяжело вздохнул и побрел обратно в ресторан.
Фонари ярко освещали набережную. Казалось, прогуливающихся людей стало еще больше. Ночная жизнь города только начиналась, и никто не собирался сидеть дома в такой теплый вечер. Распахнули двери многочисленные кафе и танцевальные клубы, отовсюду доносились запахи готовящейся пищи и звуки музыки. Коля подумал, что попал в какой-то курортный городок, настолько окружающая атмосфера расслабляла. Создавалось такое впечатление, что нависшая над этим миром угроза, черная тень колдуна и исчезающая внутри объединенного кристалла магия, совершенно не отразились на жизни и быте горожан. Здесь разливалось такое спокойствие, что на миг Коле захотелось бросить все и поддаться соблазну растворится в этой умиротворяющей обстановке. Однако чем дальше они с Грейдом удалялись от набережной, тем менее людными становились улицы, наглухо закрылись окна домов, а воцарившуюся тишину нарушали только песни котов на крышах.