Выбрать главу

— Ты говорил, что на принца будет совершено покушение, — прошептал полуэльф. — Но мы так и не выяснили, где именно.

Коля обеспокоенно осмотрелся. В такой толпе не то чтобы убийцу не разыщешь, но даже не поймешь, откуда тот намеревается стрелять.

— И когда? Нарэна едет рядом с… принцем. Она в опасности!

— Зор, успокойся. Мы найдем стрелка раньше и устраним.

'Я бы на вашем месте перестал волноваться за безопасность приезжих', - встрял Аргент.

— Это почему?

'А вы присмотритесь внимательнее. Стали бы эльфы разъезжать по городу без охранных щитов!'

Коля прищурился. И почему ему не пришла в голову столь элементарная мысль? Действительно, как бы перворожденные не относились к кирэмцам, появиться здесь без защиты казалось верхом безумия. Теперь он убедился: вокруг процессии, если хорошо приглядеться, слегка покачивалось пространство, искаженное магическим щитом. Но тогда почему Адамар увидел смерть Зориана? Бросаться вперед, чтобы спасти Нарэну, находящуюся под защитой — полное безрассудство!

— Все же нам следует найти стрелка…

— Интересно, как? — тут же спросил Зориан.

— Если мешать не будешь — узнаешь, — раздраженно бросил молодой человек.

Предсказание Адамара не следовало сбрасывать со счетов. Неясное чувство тревоги и нависшей опасности не давало покоя. Кроме того, Коля ощутил легкое покалывание в области груди, там, где волшебный кристалл соприкасался с кожей. Он не знал, о чем это говорит, но был уверен в одном — убийцу следовало найти как можно быстрее. И то, что он собирался проделать, не давало никаких гарантий на успешный исход дела.

Используя эльфийское чутье, ему удавалось прочесть эмоции других людей. Проникнуть глубоко в их души и узнать, что скрывалось на самом дне. Вытащить все их тайны и чаяния. Именно этим даром и хотел воспользоваться Николай, чтобы вычислить убийцу.

Кирэмцы веселились от души, и выделить из моря позитива капельку нервного напряжения было практически невозможно. Коля надеялся только на то, что убийца где-то поблизости, и выдаст себя прежде, чем нанесет непоправимый удар.

Он закрыл глаза, полностью абстрагировался от окружающего мира. Убрал шум, крики, звуки музыки и смех. Люди пришли сюда веселиться, многие увидели эльфов впервые, потому их любопытство пересиливало все витающие вокруг эмоции.

'Ну что, получается что-нибудь?' — нетерпелось узнать Аргенту.

Коля зло поморщился и мотнул головой. Любое неосторожное слово способно прогнать ту картину, которая только стала прорисовываться перед его мысленным взором. Мимо проплывали улыбающиеся образы, светлые эмоции, яркие краски характеров. Некоторые, несущие в себе мрачные тона, при более тщательном 'обследовании' оказывались ложной тревогой. Обеспокоенность и волнение исходили от мужчины, потерявшего в толпе свою семью. Грусть и разочарование — от девушки, которую бросил возлюбленный. И так у многих…

Время утекало сквозь пальцы, подгоняло вперед, но ничего похожего на ауру убийцы так и не попалось. Заговор королей превращался в призрачную тень. А ну как они заподозрили, что разговор подслушивался, и поменяли планы? Тогда он зря ищет…

Напряженная искорка вспыхнула среди толпы и тут же погасла. Коля бросил все свои внутренние силы, сосредоточился, возвращаясь к подозрительному месту. И снова почувствовал. Натянутые тугой струной нервы, сконцентрированное в одной точке внимание, спокойное и размеренное биение сердца, подчиненное холодному контролю убийцы. Он открыл глаза, устремив взгляд вперед, на крышу одного из домов. Не удивительно, что никто не обращал внимания на устроившегося там вооруженного человека. Он так искусно замаскировался, что почти сливался с окружающим ландшафтом. И находился он в самой выгодной позиции. Дорога, по которой ехали эльфы, проходила мимо, и процессия как раз к нему приближалась. С такого расстояния промахнется разве что слепой.

— Зор, посмотри туда — никого не замечаешь?

— Нет, вроде, — пожал плечами полукровка, осматривая крышу указанного дома.

— А если приглядеться?

— Нет…

— Используй свое чутье! — не выдержал Николай. — Ты же и эльф тоже!

Зориан помрачнел и стал пристально всматриваться в пустоту. Потом встрепенулся, воскликнув: