— Тай'а…
— Ты можешь прогнать меня, если хочешь! Я уйду и никогда больше не побеспокою тебя! — карие глаза Зебра наполнились слезами. — Просто… хотелось, чтобы ты знал. Нет ничего хуже, чем носить это в себе… Зачем я пришла… Прости… Я такая глупая…
— Тай'а! — Коля дотронулся до ее щеки и вытер слезу. А потом притянул девушку к себе и прошептал, — помолчи, а?
Порыв ветра дернул шторы, надул их, будто паруса и подбросил к потолку. Запутался в тончайшем шелке, закрутился вокруг и вдруг оставил их свободно падать вниз. Слабый утренний свет на минуту проник в комнату, пробежался по внутреннему убранству, чтобы снова скрыться за окном.
Коля наблюдал игру ветра и штор уже довольно долго. За окном не на шутку разбушевалась непогода, и хотя дождь еще только занимался, в воздухе запахло грозой. Где-то вдалеке уже грохотал гром, разрывая тишину, в которую наконец-то погрузился город, а тучи сгущались на небе, прогоняя нежный свет встающего солнца. Только южное тепло никак не хотело уступать свои позиции. Оно превратилось в тяжелую и вязкую влажность, накрыв Санэр плотным одеялом.
Вставать не хотелось даже ради того, чтобы закрыть окно. Поэтому Коля просто натянул повыше одеяло, и покрепче прижал к себе спящую девушку. Та что-то замурчала во сне и прильнула к его груди.
Кто бы мог подумать, что все сложится именно так? Когда Тай'а явилась в столь поздний час, когда призналась в своей любви, она разожгла тлеющий огонь страсти. Никто не в силах был остановится. Но даже сейчас, после сладостной ночи, не наступило ни разочарования, ни сожаления о содеянном. Почему-то именно сейчас Коле все казалось правильным и естественным. Граница в тысячу лет разделила его жизнь на две совершенно разные части. И то, что осталось в будущем, заволок плотный туман. Ему даже почудилось, что он никогда не переступал границы времени, и жил здесь, в древности, всегда.
— Почему не спишь? — чуть приоткрыла глаза Тай'а.
— А ты? — он убрал с ее лица черно-белую прядь волос.
— Наверное, почувствовала, что ты проснулся, — она потянулась и поежилась. — Что-то ветер больно сильный. —
Тебе холодно?
— Рядом с тобой? Нет!
— Гроза начинается. Слышишь?
Некоторое время они молча лежали, вслушиваясь в звуки природы. Дождь усиливался и усердно забарабанил по крыше. Сильный раскат грома, грянувший аккурат над куполом дворца, заставил Зебру вздрогнуть и пугливо прижаться к Николаю.
— Боишься? — заулыбался он.
— Нет, просто неожиданно как-то.
— Признайся, что боишься.
— Хорошо, боюсь, — Тай'а лукаво посмотрела на юношу. — И что же делать?
— Я знаю одно хорошее средство, — тот подхватил игру.
— Какое же? — она деланно округлила глаза.
Коля молча провел кончиками пальцев по ее губам, лицу, обнаженному плечу. Девушка прерывисто вздохнула и ответила на призыв сладостным поцелуем. И уже ни яркие всполохи молнии, ни дребезжащие от грома ставни, не могли отвлечь друг от друга влюбленных, в пылу страсти мечущихся по кровати.
Настойчивый стук в дверь вывел Николая из мягких объятий сна. Он кое-как встал, подхватил первую попавшуюся под руки тряпку и обмотал ее вокруг талии. Приоткрыв дверь, увидел Зориана.
— С добрым утречком, — полуэльф, в отличие от своего потомка, уже принял надлежащий вид: умылся, побрился и оделся. — Вижу, ты тоже зря времени не терял.
— А? — только сейчас Коля заметил, что впопыхах схватил ночную Тай'и.
— Ладно, я хотел предупредить, что мы с Нарэной уезжаем на прогулку.
— Ты в своем уме? — смысл сказанного наконец-то пробился сквозь пелену сна. — Какая прогулка? Сейчас в городе небезопасно!
— Брось, что мне может грозить среди эльфийских телохранителей?
Николай бросил взгляд на торчащее из сумки Зеркало. Оно молчало. То ли Зориану действительно ничего не угрожало, то ли что-то приключилось с Адамаром.
— Хорошо, встречаемся внизу.