- Ты наверняка уже догадываешься о чем я хотел с тобой побеседовать? - спросил он приподняв одну бровь вопросительно.
- Понятия не имею. - честно ответила я и взголтнула несуществующую слюну. В горле пересохло. От напряжения не только поджилки тряслись, но и в горле пересохло. Кажется Адам это заметил, так как через минуту он уже мне протягивал мне стакан с водой. Поблагодарив брата я выпила воду тремя большими глотками. Стакан громко дзвякнул когда я его с силой поставила на стол.
- Андреана, я хотел бы поговорить с тобой о прошлом...- проговорил он неуверенно.
- Это я поломала твой арбалет! - созналась я о согрешение десятилетней давности. Отец любил коллекционировать оружие, и средь них был изысканный арбалет. Это оружие было не обычное, арбалет был заговоренным, артефактом короче. Каким бы ты неопытным стрельцом был, арбалет никогда бы не промазал. Его стрела всегда попадала в цель. Чудесное оружие. А о том как я его сломала, это длинная история.
- Я знаю, но сейчас не об этом! - сказал Норрис, а Адам понимающе улыбнулся.
- И хрустальную люстру бабушки Нои тоже Я разбила! - снова созналась я. Черт, когда я нервничаю, правда так и прёт с меня. Адам уже еле держался чтобы не захохотать во весь голос. А отец же просто тяжело вздохнул прикрыв рукой глаза.
- Боги, Ана, я не о твоих косяках хотел с тобой поговорить... - сказал Норрис тяжело. Убрав руку от глаз он как-то со скорбью посмотрел на меня. Нет, нет, нет, неужели....
- Па-а-ап, а где Сосиска? - спросила я чуть ли не заикаясь, - Что вы с ним сделали? Он умер, да? - чуть не плача проговорила я.
- Что? Нет! С чего ты взяла? - поражённым моим интеллектом спросил отец. Адам же, снова стал возле окна к нам спиной и жопой. По его плечам было заметно что он уже сменится, но безумно.
- Ну ты просто только что так посмотрел на меня, как будто хочешь сказать: "Помним, Любим, Скорбим"! - со вздохом ответила я. Адам уже не сдержался и ржал как конь во весь голос. Сосиска это наш жирный, рыжий кот, которого прозвали в честь безразмерного живота к которого можно уместить хрен знает сколько еды. Он невыносим, постоянно крутился под ногами, и гадил в тапки как какой-то пёс. Я всеми силами делала вид что мне на него наплевать, а иногда даже что терпеть его не могу. Но. Каюсь, именно из-за меня он был шире чем длиннее. Всегда его чем-то вкусненьким подкармливал, и из-за этого всегда ссорилась со сестрой. Это же её Принц. И да, я не шучу, у Сосиски два прозвища. Сначала этого обжору было звать Принц, а потом, когда он потерял свою "форму" он у нас стал Сосиской. И заметьте, это не я её Сосиской обозвала. Как бы странно это не звучало, но это маман придумала.
Наверняка когда она говорила это: "Жирная, тухлая серделька, а не принц!", Она наверняка забыла свое коронное: "Девочки, вы же леди!".
- Адам! - усмирил старший Латимер младшего. Ад успокоился и уже со серьезным выражением лица: "А-ля, лицо в гавне" сел не подалеку от меня на другое кресло закинув щиколотку на другое колено.
- Значит, так...- проговорил отец, и серьёзно взглянув мне в глаза затаив дыхания, и получив в ответ поднятый вопросительный взгляд, он тяжело вздохнул, - Нет, не так!
- Да, блять, говори уже! - не выдержала я, и запуталась перед отцом. Ну всё, теперь мне точно кирдык. Но нет же, отец просто тяжело глотнул слюну и промолчал.
- Милая, ты только держи себя в руках. Хорошо? - получив отец одобрительный ответ продолжил, - твоя сила не совсем стабильная, - я снова кивнула, - и этому есть объяснение...
- Норрис, если ты сейчас же не прекратишь тянуть осла за яйца, я разскажу маме как на самом деле разбилась её скрипка! - не выдержала я и пошла на шантаж. Подло? Да, но по другому в этой ситуации нельзя. Подействует ли? Ещё как! Маман обожала свою нерводерку с четырьмя струнами от которой страдала вся семья и даже соседи. Она совсем не имеет слуха, но, зная старшую леди этой семьи, никто не осмелился ей этого сказать. Жизнь дороже нервов, и наш отец, как истинный герой и глава семьи разбил нахрен эту портящую жизнь вещь когда мать была в ателье, а всю вину спёр на Сосиску. Ох бедный котик, его же за это на диету посадили на неделю в наказание. Бедное животное так пострадало, что даже на двадцать граммов исхудал. Зато он, за свою диету сполна отомстил. Каждое утро, пока длилась "голодовка" в кота, Норрис постоянно просыпаясь взувал на свои ноги полностью мокрые тапочки от котячей мочи.
- Значит так, твоя сила не стабильна не из-за твоего противного характера, ну частично...- проговорил все же он через минуту раздумий.