– Найс! Ты-то как тут? В такую рань, – я пробрался в зал по стеночке, чтоб не мешать, и подошел к стоящему на коленях Найсу. Он что-то подключал к одной из капсул, рядом с ним стоял блестящий кейс, из которого выходили провода и тянулись к панели управления капсулой.
– Хай, бродяга. Проснулся, соня? – Найс повернулся и протянул мне руку. Рукопожатие было крепким и коротким.
– Погодь, сейчас твой саркофаг откалибруем, и можешь отправляться, – он опять склонился над панелью и стал быстро переключать всплывающее меню. Я смотрел, как его пальцы порхают над панелью, по-другому и не скажешь - такая у них была скорость. И тут меня как дернуло!
– Найс, это моя капсула?
– Угу.
– Так вы были у меня дома?
– М…
– Слушай, такое дело, вы ж там все демонтировали?
– Ага.
– А как же Игорь?
– Твой дворецкий? – на этот раз Найс повернулся ко мне, – подай вон тот футляр, черный. Ага
Я присел на корточки, подал ему черную коробку.
– Да, Игорь. Что с ним сделали?
– Как положено, по протоколу, модуль памяти отключили и демонтировали. Тебе-то он сейчас не нужен.
– Как? Отключили? И что с ним дальше будет?
– Переживаешь?
– Есть такое. Все-таки первый мой товарищ после освобождения.
– Нормуль все с ним, – Найс повернулся и сел на пол, подтащил к себе поближе маленький стальной кейс и похлопал по нему ладонью, – знал, что переживать будешь. Ты ж у нас такой. Вот тут, копия. Для тебя сделал.
После слов Найса я сам присел на пол и посмотрел на кейс.
– Спасибо, дружище. Тут не выпускают, а как с тобой связаться сейчас, не знал.
– Ромыч, все путем. Я тебе сейчас подключу задумку Вадима. В инвентаре должен будет появиться медальон. Активация простая. Берёшь в руки и произносишь: «Барук казад! Казад ай мену!» Че смотришь?
– Да как-то звучит… странно.
– Только ты не начинай. Закладка не моя. Делали по старой. Чувак тот. Ну кто это начал делать. Теперь сам в лимбе с богами на коротке. Так что не гунди и запомни: «Барук казад. Казад ай мену». Повтори…
– Барук казад. Назад ай мену
– Не назад, а Казад. Не тупани. Это сработает только один раз
– Как хоть переводится это?
– Топоры гномов! Гномы на вас! Давай еще раз!
– Барук казад. Казад ай мену!
– Молодца. Справился. После того, как произнесешь, бросаешь его на землю и отходишь, дальше все само произойдет. Так, кейс этот не трогай, я его уберу за капсулу, от лишних глаз. Там записан твой друг и этот гном, все на одном носителе. Сам не отключай и другим не давай, пока не запустишь в игре. Все. Теперь вали и не мешай, мне работать надо, – Найс встал на четвереньки и полез куда-то за капсулу, пыхтя и чертыхаясь.
Больше тут делать было нечего, и я поспешил на кухню. Запахи неслись по коридору обалденные и есть захотелось сильно. На кухне собрались все домочадцы, при этом парни сидели тихо и наблюдали, как на большой тарелке растет гора оладушек. Зрелище это поражало тем, что оба не сводили глаз с Натальи и при этом не произносили ни слова.
– Всем утра! Доброго! – начал было я, но тут Наташа так посмотрела на меня, что пришлось замолчать. Тихо сев рядом с парнями, спросил:
– Че случилось?
– Тс-с-с!? Молчи, а то пожрать не дадут, – тут же зашипел на меня Лекс.
– Леха? – я посмотрел на Толика, тот подернул плечами и хмыкнул.
– Макс пока запретил. Говорит, вот подключат все, тогда и жахай Леху. А то, говорит, ты ж по округе шарашешь, еще пожжёшь оборудование, а оно дорогое. Вот сидим. Тихо, а то тетя Наташа ругается, что мы, как дети, себя ведем, – при этом Толик, говоря все это, медленно сползал под стол и посматривал на Наталью.
– Толь, ты чего? Тут тебя никто не тронет, – я попытался вернуть Толика в прежнее положение, но он на это замотал головой и продолжил сползать.
– Так, мальчики. Кушать. Леша, верни своего друга за стол, и пусть не прячется. Давайте завтракать, – Наталья повернулась к нам, держа в одной руке большую тарелку с оладьями, а в другой - металлическую лопатку.