— Ну-ну, ничего, — подбодрил ее Флеминг. — Встаньте так, чтобы ваша голова была между этими штуками, но только не касайтесь их, а то поджаритесь! Кристин встала между стержнями. В первый момент, казалось, ничего не произошло, потом она вся напряглась, ее глаза закрылись; покачнувшись вперед, она упала без сознания. Ее подхватили и перенесли на стул; Дауни оттянула ей веки, чтобы посмотреть зрачки.
— Все в порядке. Это просто обморок.
— Что произошло? — спросил Рейнхарт. — Она дотронулась до стержня?
— Нет, — ответил Флеминг, — но на всякий случай я снова надену чехлы. — Сделав это, он погрузился в задумчивость, пока Дауни и Рейнхарт приводили в чувство Кристин, пригибая ей голову к коленям и смачивая лоб холодной водой.
— Если между этими стержнями существует постоянный электрический разряд и в него вводится электрическое поле работающего мозга…
— Погодите, — нетерпеливо оборвала его Дауни, — кажется, она приходит в себя.
— О, с ней ничего не случится. — Флеминг задумчиво глядел на панель и на два торчащих из нее, изолированных теперь контакта.
— Это поле будет изменять силу тока в разряде, модулировать ее, так сказать. Мозг тоже почувствует реакцию, и тогда может происходить своего рода восприятие; значит, работать это может и туда и сюда…
— Что это вы там бормочете? — спросил Рейнхарт.
— Да все то же! — Флеминг весь был охвачен возбуждением. — Мне кажется, теперь я знаю, для чего эти стержни. Они служат для общения с машиной — для передачи и восприятия. Дауни недоверчиво посмотрела на него.
— Просто Кристин склонна к истерии. Вероятно, легко поддается гипнозу.
— Может быть. Кристин пришла в себя и замигала.
— Хэлло, — сказала она со слабой улыбкой. — Я, кажется, упала в обморок?
— Так оно и было, — ответила Дауни. — В вас, должно быть, чертовски много электричества.
— Неужели? Рейнхарт подал Кристин стакан воды. Флеминг повернулся к ней и усмехнулся.
— Только что вы сослужили великую службу науке. Впредь держитесь от них подальше, — кивнул он в сторону стержней. Затем Флеминг снова повернулся к Рейнхарту.
— Вся штука в том, что при наличии подходящего мозга — не человеческого, а работающего так, как задано машиной, — с ней можно установить контакт. Ведь наш способ задавать вопросы, вводя обратно ответы, очень неудобен. Все эти печатающие устройства…
— Значит, вы хотите сказать, что она может читать мысли? — иронически спросила Дауни.
— Я хочу сказать, что два мозга могут поддерживать электрическую связь, если они одного и того же рода. Если вы возьмете вашего уродца и просунете его голову между этими стержнями…
— Не понимаю, как это можно осуществить.
— Но ведь именно это ему и нужно! Потому-то он и беспокоится… Вернее, оба они беспокоятся. Они хотят войти в контакт. Существо находится в электромагнитном поле, создаваемом машиной, и машина знает, что из этого логически следует. Вот над чем она работала все это время, не сообщая нам.
— Но Циклопа нельзя вытащить из его питательной ванны; он погибнет, — сказала Дауни.
— Значит, должен быть какой-то другой способ.
— Можно было бы соорудить своего рода электроэнцефалограф, — заметил Рейнхарт. — Вроде тех, которые применяются для анализа работы мозга. Надо прикрепить к голове Циклопа несколько электрических контактов, а для передачи информации подвести к стержням коаксиальный кабель. При этом придется подключить его через трансформатор, иначе Циклопа убьет током.
— И что это даст? — Дауни скептически посмотрела на него.
— Это свяжет машину с ее вспомогательным интеллектом, — осветил Флеминг.
— Для какой цели?
— Для ее собственных нужд. — Он отвернулся и стал расхаживать по залу. Дауни дожидалась, что скажет Рейнхарт, но старый ученый только хмурился, упорно разглядывая свои руки.
— Чувствуете себя лучше? — спросил он у Кристин.
— Да, спасибо.
— Как вы думаете, смогли бы вы соорудить что-нибудь вроде того, о чем сейчас говорили?
— Думаю, что да.
— Доктор Флеминг вам поможет. Правда, Джон? Флеминг стоял в дальнем конце зала; за его спиной высились ярусы аппаратуры.
— Если вы этого действительно хотите, — ответил он.
— В противном случае, — сказал Рейнхарт, обращаясь больше к себе и Дауни, чем к Флемингу, — нам придется собирать чемоданы и сдавать дела. Кажется, другого выбора у нас чет?
Глава 8. Часть 1