Это была такая ужасная мысль, что Аня снова расплакалась. Гусев покрепче прижал ее к себе. Наверное, подумал, что Аня растрогалась от его предложения…
Аня любила Гусева, да. Но еще она хотела остаться свободной. И заниматься бизнесом. И не делать лишних трат… А так… Еще одна няня для дочки. А если будет не дочка? А если сказать Гусеву « нет»? А если Гусев уйдет? А вдруг у нее бизнес провалится? Как тогда быть, без денег, с двумя детьми?.. А скоро у Кирилла наступит пубертатный возраст, она одна не справится. Гусев необходим в ее жизни. Что ж… лучше нанять еще одну нянечку… или пить таблетки и врать Гусеву, что ничего не получается… так ведь он ее по врачам потащит… а если сказать, что вторые роды ее подкосили? Купить медицинскую справку? Легко. Надо подумать. В принципе, что плохого в дочке? А то кругом мужское царство. Не с кем про маникюр поговорить.
- Конечно, я согласна, - сказала, наконец, Аня.
Гусев поцеловал ее в волосы и блаженно уснул. Аня не могла спать. В принципе, в ее жизни все хорошо. Всегда все было хорошо. Сначала хорошо было с Игнатием. Теперь – с Гусевым. Очень хорошо. Но… Что – то всегда не устраивало… Наверное, она просто не умеет любить по – настоящему. Или просто после Кирилла ни одна любовь в ее жизни не затмит эту.
Аня обняла Гусева. Хватит уже думать. А то до такого можно додуматься… Нужны ей эти деньги! И этот бизнес! Нет, все это нужно, конечно, но не до такой же степени! Вот, кстати, будет кому передать бизнес. Дочери. Не Кириллу же или Пашечке. Что они понимают в косметологии? Да. Дочка необходима. Перед Аниными глазами снова встала картинка: они с дочкой сидят и красят ногти. Аня улыбнулась. Хорошо. Пусть будет. Настоящая подруга – дочка. Конечно, больше, чем Кирилла, она никого любить не будет, ну что ж. Аня покрепче обняла Гусева, а он вдруг захрапел. Сначала тихо. Потом громче. Боже, он, оказывается, храпит… Аня тихо рассмеялась. Пока это не раздражало.
*** *** ***
9
Вдруг в дверь кто-то тихо поскребся, и Аня подскочила на кровати, покосившись на Гусева, но тот продолжал крепко спать. Ясно, что за дверью ждал Кирюшка, больше некому, не маленькому же Пашечке. Но Аня испытала острое чувство тревоги и, накинув халат, осторожно, на цыпочках, вышла из спальни.
Конечно, это был Кирюшка.
- Что случилась? – задохнулась Аня от страха, ощупывая Кирюшку.
- Ничего.
-А у Пашечки? – У Ани заныло сердце.
- Мне просто не спится, мам.
- Слава богу, - выдохнула Аня. – Как ты меня напугал! Ну, идем, выпьем чаю. Хочешь?
Кирюшка кивнул. Он стоял босой, в длинной майке чуть ли не до колена. Аня улыбнулась.
- Не холодно?
- Лето же. Жарко.
- Ноги нужно держать в тепле.
Кирюшка фыркнул, как ежик, и гордо сказал:
- Я – спортсмен.
Аня потрепала сына по голове. Вчера он был у Игнатия.
- Как там папа? – спросила она.
- Нормально.
Они вошли в кухню, Аня закрыла дверь и включила чайник.
- Что вы делали у папы? – продолжала выпытывать она.
- А у папы женщина, - вдруг сказал Кирюшка.
Аня обернулась.
- Да?
- Ага. Тетя Лиза.
- И как тетя Лиза?
- Нормально.
- А у тети Лизы дети есть?
- Неа.
Аня недовольно поморщилась.
- Это плохо, что у папы Лиза? – спросил Кирюшка.
- Нет. Это хорошо. Человек не должен быть один.
Вот только дети… Родит тетя Лиза Кирюшке сводного брата или сестричку. Свинство какое. Но не запретить ведь! Сама-то вот родила Пашечку. И еще дочку запланировала. Аня вздохнула. Куда ж деваться. Дети – цветы жизни и наше будущее. Аня сделала чай и села напротив Кирюшки.
- Почему же тебе не спится?
- Не знаю. Я думаю.
- О чем?
- Я, когда вырасту, буду спортсменом. Пловцом. Поеду на Олимпийские игры.
- Спортсмены рано выходят на пенсию.
- Потом тренером стану.
- Тренеры не так уж много зарабатывают, - забеспокоилась Аня за будущее сына. Она повторяла слова Игнатия.
- А я буду тренером сборной по Олимпийским играм.
- А у тебя получится?
- Ты во мне сомневаешься, мам? Папа Паша говорит, я отличный пловец.
- Конечно, отличный. Но еще нужно везение.
- Мне повезет.
- Стал бы лучше юристом, как папа Паша. Он тебе свой бизнес передаст. Свои деньги. Не будешь ни от кого зависеть.