- Папа Паша мне говорил про финансовый кризис. Я от него буду зависеть. А спортсмены от него не зависят.
Аня вздохнула. Кирюшка – то совсем взрослый.
- Ты в девочку уже влюбился в какую-нибудь?
- Ага. Ее зовут Наташа.
- Красивая?
- Очень.
Аня снова вздохнула.
- Может, не надо красивых любить?
- Почему? Ты же красивая, мам.
- Красивые редко бывают хорошими, - тоскливо сказала Аня.
- Но ты же хорошая, мам.
- Я взрослая.
- У нас же деньги есть.
Аня расплескала чай.
- Вот и будет деньги твои тратить.
- А зачем их тогда зарабатывать, если тратить - плохо?
- Деньги нужно зарабатывать для детей, - резко сказала Аня, и ей вдруг стало очень стыдно. Она даже покраснела.
Сама-то недавно подумала: «Всю жизнь на детей работать», а теперь сидит и мораль сыну читает. Какая же она свинья! Господи, совсем сдурела! Бросить свой бизнес к чертовой матери, а то стала черствая и расчетливая. Как деньги-то испортить могут! Конечно же, зарабатывать нужно только на детей. На кого же еще? Мы не вечные. Деньги нужно оставлять детям, передавать внукам, чтобы легче было в жизни устоять, чтобы не быть бедными, не прогибаться. На глаза у Ани стали наворачиваться слезы. Спасение от черствости есть. И это спасение – дети. Она родит дочь. Помягчеет душой. И у Игнатия пусть дети будут. Как же без них?
- Ты чего, мама? – позвал Кирюшка.
- Ничего. Ты еще маленький. Вырастишь, поговорим.
- Я взрослый, - упрямо сказал Кирюшка.
- Взрослый, да не совсем.
- Все равно буду пловцом. Путь юристом Павлик будет.
Аня засмеялась и смахнула слезинки.
- А если Пашечка тоже не захочет? Кому бизнес передавать?
- Чего?
Аня смутилась.
- Да так… Лучше бы ты, Кирик, стал программистом, что ли. Будущее за технологиями, - снова повторила Аня слова первого мужа. – И папа Игнат тоже так считает.
- Тогда пусть Павлик будет этим самым… как его…
- Ладно, - вздохнула Аня. – Рано мы об этом говорим. Ты еще даже школу не закончил. Давай подумаем об этом в классе одиннадцатом, а?
Кирюшка выглядел так, словно уже все решил. Может, и так. И разве это плохо? Хотя… детский максимализм. Может, еще и пройдет. Рано об этом думать. Рано.
- Давай подумаем в одиннадцатом, - согласился Кирилл.- Кстати, есть еще Митя.
- Кто?
- Сын папы Паши, ты что, забыла?
Да и не помнила никогда. Просто держала в голове, но не помнила.
- Ты извини, сынок, что так вот все получилось… что у тебя два папы, а у другого папы есть еще один сын… все так запутанно… я так не хотела, честно… но вот так иногда бывает…
- Да что ты, мам, я все понимаю, не маленький, у нас в классе знаешь, сколько всяких родителей? Кто в разводе, кто вообще не женат, а кто третий раз. Жизнь же.
Вот такой вот у нее сын! Аню переполнила гордость. А Кирюшка вдруг спросил:
- Ма, а когда мы умрем, мы же потом снова родимся, да?
- Да, - вздрогнула Аня. – Обязательно. Это тело умирает. А душа – вечная.
- И мы с тобой снова будем вместе?
- Конечно. Если люди очень любят друг друга, их души не разлучаются.
- Значит, с нами и Павлик будет? И папа Паша? И папа Игнат, да?
- Ну, конечно.
- Это правда?
Глаза у Кирки были огромные, круглые, лучистые, светлые. Кирик походил на нее, как зеркальное отражение. На Игната он совсем не походил.
- Правда, - твердо сказала Аня, потому что сама в это верила. – А теперь давай спать.
Кирюшка послушно встал. Аня сказала:
- Дай-ка я тебя обниму. Какой ты стал большой!
Аня притянула к себе тоненького Кирюшку и прошептала:
- Ты – мой повод для гордости!
*** *** ***
10
На следующий день Аня позвонила Игнатию из своего салона красоты, плотно закрыв дверь кабинета.
- Да, - резко отозвался Игнатий.
- Что вы вчера делали с Киркой?
- Ездили на кладбище, на могилу моей матери. А что?
- Вот больше туда с Киркой не езди, - резко сказала Аня.
- Это приказ? – взбеленился Игнатий.
- Считай, что так, - тоже взбеленилась Аня.
- Сдурела, да? – ослабил позиции бывший муж.
- Кирик еще маленький! Нечего его травмировать! Пусть живет счастливым и не заморачивается!
- А чего травмироваться? Все умрем.
- Звучит оптимистично, - хмыкнула Аня.
- Пусть привыкает к этой мысли. Человек всегда с этим смиряется. С этим нужно уметь жить.
- Тогда я подам на тебя в суд и Павел легко выиграет дело. Я отберу у тебя Кирюшку. Своих будущих детей на кладбище вози, придурок!