А теперь прикиньте вероятность подобных совпадений? То-то! А вы: наука, наука.
Едет, значит, один мой приятель со своей подругой в такси по Женеве, ну и болтает с ней по-русски. Выходит из такси, расплачивается и тут таксист его спрашивает: — Простите, вы сейчас с дамой на иврите говорили? Надо сказать, что приятель этот несколько антисемит, и посему тут же вскипает и помимо всего остального спрашивает таксиста: почему, собственно, он так решил? Таксист извиняется и отвечает: — Я тут только что ездил в Израиль, так там все так говорят…
В бытность мою пост-докторантом в одном из израильских университетов приехала к нам на кафедру с семинаром одна молодая, но уже известная норвежская профессорша, про которую поговаривали, что она отличается исключительным либерализмом. Семинар был назначен на 14:00. В 13:45 секретарша кафедры прошлась по всем комнатам и напомнила всем, что через 15 минут семинар, для чего все должны явиться в конференц-зал. Я и еще один мой русскоязычный коллега были в это время заняты каждый своим неотложным делом и сидели, погруженные в свои мысли и уставившись в экраны своих компов. Естественно, это напоминанаие пролетело мимо наших ушей. В 13:55 секретарша опять появилась на пороге нашей комнаты и еще раз напомнила о семинаре через 5 минут. Мы опять проигнорировали. В 14:05 в открывшейся двери появляется норвежская профессорша и по-скандинавски вежливо приглашает нас на свой семинар, сообщив, что ждут только нас. Мой коллега, не отрывая задумчивого взгляда от экрана, говорит мне: — Слушай, скажи этой бляди, чтоб отъебалась (здесь и далее сохранена лексика оригинала). Я только открываю рот, чтобы, вежливо извинившись перед дамой, сказать, что мы уже идем, как она, продолжая улыбаться скупой улыбкой викинга, упреждает меня репликой на чистом русском языке с едва заметным акцентом: — Передайте этому пиздюку, что если через минуту он не появится в семинарской комнате, через полтора часа я приду сюда, чтобы трахнуть его. Услышав это предупреждение, мой приятель не поворачивая головы, заглушил свой компьютер и в той же столбнячной позе мелкими шажками поплелся в семинарскую под конвоем профессорши подобно крысиному королю под дудочку. Как позже выяснилось, ее родители иммигрировали в Америку из России, потом каким-то образом она оказалась в Осло, но в семье ее родителей говорили по-русски. А мой приятель так мне и не признался, чего он сильнее испугался: того, что предстал в глазах дамы эдаким придурком, или ее угрозыї Как бы то ни было, с тех пор он не позволяет себе грубых выражений даже в присутствии домашних животных…
Вполне вероятно, что я не буду оригинален. История рассказана мне другом американцем. Не уверен, что она из первых рук. Тем не менее: жили были американские школьники, мальчик и девочка, они нравились друг другу, дружили, любили друг друга. Они тяготились своей невиннoсти и обоюдными усилиями лишились ее. Настала пора идти в колледж, конечно же, в один и тот же, но судьба тут их развела по разные берега Америки. Они скучали, страдали, мальчик писал письма ежедневно, а от девочки ответы все реже и реже (классическая картина). Наконец, она сообщяет ему, что у нее новый бойфренд. Но мальчик все пытается ее вернуть. Тогда она ничего не находит более умного, как взять Пoляроид и запечатлеть себя, сосущей у нового бойфренда. Рядом была приписка — Видишь, у мeня новый бойфренд. Оставь меня в покое! Парень расстроился, обиделся. И дабы отыграться за такое оскорбление, он вложил в конверт это фото, напечатал текст след. содержания: Дорогие мама и папа, у меня в колледже дела идут отлично, но есть большая потребность в деньгах. Пришлите плиз." И он отослал конверт ее родителям.
В 70-е годы была популярна частушка:
Приезжай ко мне на БАМ, Я тебе на рельсах дам. Пока не ходят поезда, Пусть поработает пизда.
И однажды в газете «Правда» появляется фото в рубрике: "На стройках БАМа". На фото парень в черном костюме с цветком в петлице несет на руках девушку в фате. Парень идет по шпалам. Подпись к фотографии: "Пока не ходят поезда". Восторг был гигантский. Говорят, ответственного за выпуск сняли.
Было это лет 15 назад в ФизТеховской общаге 7. Ездили мы в те времена прикасаться к цивилизации в ресторацию аэропорта Шереметьево-2. Очень удобно — ближе, чем в Москву (Москва — это такая задница! Это же дальше, чем Лобня!), работает круглосуточно, буржуины разнообразные опять же. Так вот, возвращаюсь я оттуда часа в 4 ночи, проникаю в свою общагу, поднимаюсь на свой 5-й этаж и….. обнаруживаю совершенно (если, правда, не брать в расчет трусишек) нагую хорошенькую девчушку здорово пьяненькую, "всю в слезах и в губной помаде"…
В результате проведенного по горячим следам дознания была получена следующая оперативно-следственная информация: — Снял он меня, падло, на дискотеке, напоил, гад, затащил в постель, говно. Тут мне среди ночи пописькать приспичило. Я, блин, как была, так и помчалась…
…а из какой двери выбежала, бля, — забыла!!!!!
Ну что мне осталось делать — приютил сиротку.
PS. Разбор полетов, проведенный на следующий день, не помог установить личность фигуранта Падло, он же — Гад, он же — Говно.
Дело было в конце 70-х или начале 80-х и связано с? РЭФами? так называли водителей рефрижераторов. Это была водительская элита, почти все они были дальнобойщиками, все без исключения проходили проверку на благонадежность по комсомольско-партийной линии; части приводов в органы внутренних дел; моральную и психическую устойчивость; отношения с коллегами, соседями, в семье. А те, кто имел возможность выезда за рубежи нашей необъятной Родины, были на учете у всех служб безопасности. Попасть в такую колонну можно было только по великому блату. Справедливости ради надо сказать было ради чего туда стремиться: и заработки относительно высокие, и возможность выезда за границу. Но главный источник дохода — это то, что РЭФы, мотаясь по всей стране, знали о нуждах населения на ее бескрайних просторах и могли эти нужды удовлетворять по мере сил и возможностей: где картошку по дешевке прихватят, где бухту веревки, где толь, где яблоки, где рыбу, где кирпич, щебень или просто песок и т. п., а там, где подороже — продадут. Вплоть до того, что проституток (хотя их так раньше и не называли) покупали и продавали за пузырь водки. Одним словом, алки? (ALKA — это прицеп — рефрижератор) порожняком не ходили, при этом размеры левого груза порой были сопоставимы с грузом легальным, заявленным по накладным.
А теперь сама история. Однажды один РЭФ (обычно они работали парами, но в этом случае напарник заболел, а простоя машины государство допустить не могло), после того как открутил баранку две недели, устал как черт (ведь без напарника), возвращается домой, но перед этим завозит последний груз — свежие огурцы на овощную базу. Надо сказать, что в этом рейсе РЭФ левого груза не брал вообще, оно и понятно — без напарника несподручно. На овощной базе сдает огурцы, вычищает прицеп, моет машину и уже мечтает о теплой жене в собственной койке, о том, как проведет неделю законного отдыха с пухленькими и розовощекими детками.
Вот из-за последних все и случилось… Для них, родных и любимых, попросил у девчонок-кладовщиц десять килограммов заморских фруктов апельсинов. Кто постарше, тот помнит, что в стародавние глубоко-застойные времена этим диковинным чудо-фруктом баловали советский народ только по великим пролетарским праздникам Октября и Первого мая. Затарился, значит, водила гостинцем, бросил его на сиденье рядом с собой и подруливает к выезду с базы. А там вахтер на КПП (контрольно-пропускной пункт) злой как собака. То ли ему баба утром не дала, то ли еще вечером… В общем, как с цепи сорвался. Начинает машину шмонать по полной программе: сначала прицеп; потом холодильную установку, даже под обшивку заглянул; потом под машиной исследовал все мосты. Ничего нелегального найти не может, но и поверить в это ему трудно. Тем не менее машину надо отпускать, подходит к кабине и видит… о радость и слава создателю — драгоценный товар без накладных. Берет вахтер нашего героя за шиворот и как злостного расхитителя социалистической собственности с чувством глубокого удовлетворения тащит в местное отделение внутренних дел.
В кабинете у лейтенанта-следователя по уголовным делам пишется заявление, и доблестный и исполнивший свой долг вахтер отпускается домой. Лейтенант начинает составлять протокол, а у нашего героя-РЭФа молнией проносятся мысли:?Пиздец… Отъездился… Гребаные апельсины… Гребаная жизнь… Прощай блатная колонна… Чем теперь кормить жену, детей… Прощай партбилет… и т. д., и т. п.?. Вдруг звонит телефон и лейтенанта вызывают к начальству. Он закрывает водилу в кабинете, предупредив, что вернется через двадцать минут. Водила, недолго думая, начинает уничтожать вещдоки (а по простому — их жрать), благо начальник не спрятал их в сейф, а оставил на столе. За двадцать минут он успевает заглотить их все… до одной…