– Поглядите на них! Шустренький мальчишка сидит на осле, а старик бредет пешком.
Молла снял сына с осла и сел на него сам.
Прошли они немного, и опять несколько человек попалось им на пути. Один из них, посмотрев то на Моллу, то на его сына, сказал:
– Поглядите на них! Здоровенный мужчина сидит на осле, а маленький ребенок плетется пешком.
Молла слез с осла, пустил его вперед, а сам с сыном пошел пешком.
Прошли они еще немного и снова встретили людей. Один из них сказал:
– Поглядите на них, поглядите на них! Осел идет вприпрыжку, а они бьют себе ноги по пыли и песку.
Молла сел на осла и посадил с собой сына. Проехали они еще немного, и еще раз повстречали несколько человек, и те начали смеяться:
– Поглядите на них! Вдвоем забрались на осла, бедняга и дохнуть не может.
Молла потихоньку слез с осла, снял с него сына, взвалил осла на спину и сказал:
Кажется, я только так смогу избавиться от проклятого языка этих людей.
МОЛЛА ВЫДАЕТ ДОЧЬ ЗАМУЖ
У Моллы Насреддина была очень уродливая дочь. Он выдал ее за одного из своих врагов и сыграл свадьбу. Собрались люди и начали упрекать Моллу:
– Молла, почему ты отдал ему свою дочь? Он же твой враг. Разве можно родниться с врагом?
– Если бы вы видели лицо моей дочери,-смеясь, ответил Молла,- то не говорили бы этого. Я же не добро ему сделал, а отомстил.
У ПИЛЫ НЕ ПРОРЕЗАЛИСЬ ЗУБЫ
Однажды сын Моллы нашел на улице карманный нож, принес его отцу и спросил:
– Отец, что это такое?
Молла отобрал у сына нож, спрятал себе в карман и сказал:
Сынок, это новорожденный младенец пилы. Ты не сможешь как следует ухаживать за ним, и он умрет. Пусть останется в моем кармане и вырастет. Когда у него прорежутся зубы и он станет взрослой пилой, я отдам его тебе.
ЗЕРКАЛО
Однажды Молла нашел на улице зеркало. Он не знал, что это такое, но вещица понравилась ему, и он с радостью схватил ее.
Он повернул зеркало другой стороной, там оказалось нечто похожее на стекло, и он увидел отражение собственного лица. Молла был в недоумении- кто же это такой? Прищурясь, он стал внимательно всматриваться- может быть, узнает, кто это.
И человек в зеркале тоже прищурился. Увидя это, Молла вытаращил глаза. Тот в зеркале сделал то же самое.
Молла, быстро положив зеркало туда, где он его подобрал, сказал:
– Оказывается, хозяин этой вещи тут же рядом.
ВСЕ НЕВПОПАД
Однажды Молла собрался на базар и спросил у жены:
– Жена, что надо купить?
– Ничего,- ответила жена.
Чтобы не забыть, что сказала жена, Молла всю дорогу повторял:
– Ничего, ничего, ничего…
Дорога шла по берегу озера. Молла увидел рыбака, забросившего невод.
Продолжая твердить: «Ничего, ничего», Молла остановился возле него.
Сколько рыбак ни забрасывал невод, но ни одной рыбы не выловил. Тогда он набросился на Моллу:
– Почему ты все время твердишь: «Ничего, ничего?» Если бы ты не говорил этого, я бы не вытаскивал невод пустым.
Они поспорили, и рыбак начал бить Моллу.
– Брат,- взмолился Молла,- за что ты меня бьешь! Скажи что же мне говорить.
– Говори,- ответил рыбак-«и маленькие, и большие, сразу пять-десять штук, и маленькие и большие, сразу пять-десять штук».
Молла, повторяя эти слова, продолжал свой путь.
В это время шла похоронная процессия. Молла остановился. Оказывается, хоронили главного городского кази.
Когда его тело проносили мимо Моллы, то один богач услышал, как он беспрерывно твердил:
– И маленькие и большие, сразу пять-десять штук. И маленькие и большие, сразу пять-десять штук.
Он пристал к Молле:
– Один умер- не хватит? Ты хочешь, чтобы умерли сразу пять-десять?
И богач принялся бить Моллу.
– Так говорил- били,- недоумевал Молла,- этак говорю- бьют. Что же мне говорить?
– Говори: «Упокой, господи, его душу»,- научили Моллу.
Молла, повторяя эти слова, пошел дальше. Прошел он немного, и навстречу ему попались два носильщика, несшие мертвого пса. Глядя на него, Молла повторял:
– Упокой, господи, его душу. Упокой, господи, его душу…
Носильщики набросились на Моллу и начали бить его.
– О собаке так говорить нельзя,- сказали они.- Нужно говорить: «Ух, как дурно пахнет».
Молла, повторяя эти слова, проходил мимо сада повелителя. В нем гуляла хозяйка дворца со своими приближенными. Запах их духов, казалось, распространился по всему миру.