Штирлиц
Штирлиц поймал мышку и вколол ей в вену целый шприц бензина. Мышка пробежала два метра и упала замертво.
– Бензин кончился, – догадался Штирлиц.
Штирлиц сидел у открытого окна и писал отчет. Возле него назойливо жужжала муха. Штирлиц махнул рукой, муха вылетела в окно. «Совсем как Плейшнер», – подумал Штирлиц.
Штирлиц шел по ночному Берлину и услышал треск. Этот треск он узнал бы среди тысячи других: это был мопед Бормана.
«Раскололся…» – подумал Штирлиц, поднимая с тротуара череп профессора Плейшнера.
«Где же этот яд», – думал Плейшнер, дожевывая третью пачку «Беломора».
Штирлиц подошел к Александерплац и, чтобы не привлекать внимания, пересек ее ползком.
«Да, быстро кончаются мгновенья весны», – думал Штирлиц, в семнадцатый раз слезая с радистки Кэт.
Плейшнер в девятый раз выбрасывался из окна. Яд все не действовал.
Плейшнер проглотил ампулу и выпрыгнул из окна, чтобы она разбилась.
Штирлиц нервно взглянул на часы и поднес их к уху. Часы не тикали. «Электронные», – подумал Штирлиц.
Штирлиц с Мюллером поздно вечером выходят из ресторана.
– Послушайте, Мюллер, давайте снимем девочек?
– Мягкое у вас сердце, Штирлиц. Пусть до утра повисят.
Утром Штирлиц вышел из дома и не наступил в лужу.
– Не с той ноги встал, – догадался Штирлиц.
Штирлиц шел по лесу и наступил на шишку.
– Шишка, – подумал Штирлиц.
– Вы мне льстите, – подумал Мюллер.
Штирлиц шел по улице и увидел грязного, оборванного нищего.
– Бомж, – подумал Штирлиц.
– Сам ты грязная фашистская свинья! – подумал бомж.
Штирлиц зашел в резиденцию Абвера и на своей двери увидел: «Резиденция советской разведки».
– Гласность, – догадался Штирлиц.
Штирлиц без конца отстреливался от врагов – конец ему уже отстрелили…
Штирлиц выбил ногой дверь и на цыпочках подкрался к читающему газету Мюллеру.
Только разбив четырнадцатую бутылку о голову Холтоффа, все это время потягивающего шнапс и ничего не замечающего, Штирлиц понял, что Холтофф под колпаком у Мюллера.
Накануне 1 мая встречает Штирлиц Бормана и приглашает того попить пивка у Штирлица на даче. Тот:
– Да знаю я это ваше «попить пивка»! Опять всю неделю будем бухать!
– Ну и что? – удивляется Штирлиц.
– А то! Мне 9 мая надо на работе быть – вашим сдаваться!
– Никак не могу, Штирлиц, привыкнуть к тому, что вы русский шпион! – сказал Борман.
– А что здесь такого?! Ленин, например – немецкий!
Штирлиц провожал пастора Шлага в Швейцарию. Как только он помог ему пристегнуть лыжи – раздался сильный взрыв, и из-за горы поднялось уродливое радиоактивное облако.
– Идите на шум электростанции, пастор, благо теперь ее не только слышно, но и видно! – сказал Штирлиц и подумал: «Далеко же продвинулись конкуренты Рунге!»
Профессор Плейшнер выпил яд, прыгнул из окна, на лету застрелился, упал, и его переехал грузовик, а потом – трамвай. А потом из трамвая вышел дядька и добил профессора монтировкой.
1942-й год. У берегов фашисткой Германии взрывается танкер. На берег выползает советский разведчик Штирлиц, отплевываясь от нефти:
– У, фашисты проклятые! Курить, видите ли, у них запрещено!
Штирлиц, сидя в камере, третий раз собрал из спичек Кремль, но с последней спичкой всё ломается:
– Придурки, хоть бы клей принесли…
– Вот! Вот! – кричал разъяренный Айсман… Кэт подумала: «Если бы это видел Штирлиц. он бы наверное рассвирепел…» Она отчетливо слышала его голос: «Да как же ты допустила, сука?»… И воображаемая пощечина отправила её в обморок…
Штирлиц впервые увидел Гитлера.
– Ты дывы яка падлюка! – подумал Штирлиц.
Штирлиц подымался по лестнице роддома….
– Пока я буду вести Кэт по коридору, у меня будет 17 секунд… Я успею её трахнуть!
Штирлиц и Мюллер шли вдрызг пьяные по Цветочной улице…
– Мюллер, вы что, никогда не бывали в Берне?
– Ну, грубо говоря, не бывал…
– Мы с вами идем по Бернебасовской!..
Сидит как-то шеф Гестапо Мюллер на берегу с удочкой и ловит рыбу. Час проходит, другой – не клюет. И тут подходит Штирлиц. Забрасывает удочку и начинает вытаскивать одну здоровенную рыбку за другой. А у папаши Мюллера по-прежнему. Глядел он, он глядел на свой поплавок и наконец не вытерпел: