Было видно, что этот спектакль ему надоел. Слушая его, я не могла поверить своим ушам. Я никогда не видела отца таким, никогда не слышала, чтобы он так разговаривал. Когда он закончил, Аяна мгновенно поднялась с колен, и её взгляд переменился — словно всего, что было минуту назад, и не существовало.
Она снова стала той самой тварью, которая ушла отсюда. Но на этом всё не закончилось.
— Знаешь, Гарри, я, конечно, думала, что это сработает. Но, видимо, где-то просчиталась. Наверное, я была слишком уверена, что ты до сих пор по мне сохнешь, а твоя «приёмная дочка» подбирает твои слюнки. Но, глядя на тебя и слушая тебя, я могу сказать одно: ты жалок и навсегда таким останешься. Конечно, обидно, что ты не повелся, но у меня ещё много кандидатов, и я найду, где жить. А тебе я хочу пожелать сдохнуть вместе со своей дворняжкой-дочкой, — закончив фразу, она собралась уходить, но я решила вставить свои пять копеек.
— Знаешь, дворняжка здесь — это ты. Даже дома своего нет. Хотя я знаю, где он — на свалке, где все твои подружки-шлюхи прыгают на каждого встречного, а потом их вместе с детьми выкидывают. Наверное, это и твоя история тоже. Потому что ты не заслуживаешь ничего. И всю свою жизнь ты будешь прыгать на первого встречного, лишь бы пожить хоть немного в доме, а не на свалке. Аста-ла-виста, шлюха, — проговаривая каждое слово, я заметила, как она замерла. Закончив, я захлопнула дверь.
И мне ни капли не было стыдно за сказанное.
— Мэгги, я тебя такому не учил. Зачем ты ей это всё сказала? Моих слов, я думаю, было бы достаточно. Ты перегнула палку. И не стоит так обращать внимание на слова таких людей. Я за себя не боюсь, даже если она натравит кого-то. Я боюсь лишь за тебя, — он тяжело вздохнул.
— Прости, пап. Я просто не выдержала. Не могу я стоять и слушать, как нас оскорбляют. Я ведь вообще-то обещала ей, что покалечу, если она вернётся... но я же её не тронула, — опустив глаза, я искала в нём понимание.
— Тебе не следовало там стоять и слушать. Это дело было между нами, а ты ещё ребёнок, — тихо сказал он, положив руку мне на голову.
—Ладно, всё уже позади. Пойдём, — спокойно проговорил Гарри.
Возвращаясь в гостиную, мы не увидели Венди. Решив, что она на кухне, мы заглянули туда. Венди лежала на полу. Она была в сознании, но смертельно бледная, дезориентированная. Она жаловалась на жуткую головную боль и тошноту. Её состояние стремительно ухудшалось...
Я тут же набрала «скорую», а отец пытался помочь ей. Врачи приехали минут через десять. Мы сразу же поехали в больницу. Венди была без сознания. Мы не понимали, что случилось. Доехали быстро, её сразу увезли. Мы сели в холодные кресла и замерли в ожидании. Отец выглядел совершенно разбитым. Смотреть на него было невыносимо больно.
— Пап, держись. Не нужно так раскисать. Всё будет хорошо, — положив руку ему на плечо, я попыталась поддержать его.
— Не могу... Я чувствую, что что-то не так, — прошептал он, закрыв лицо руками. Спустя время вышел врач. Мы с отцом мгновенно вскочили. Сердце бешено колотилось.
— Что с ней, доктор? Не молчите, умоляю! — голос отца дрожал.
— Мне очень жаль... У вашей жены неоперабельная опухоль мозга. Прогноз... очень неутешительный. Без паллиативного лечения ей осталось около трёх месяцев, — врач опустил глаза.
Я взглянула на отца и ужаснулась. По его щеке скатилась слеза. Я понимала — надеяться не на что. Но почему всё так? Мы только стали по-настоящему счастливыми... За что? Мои собственные слёзы полились градом, одна за другой. Я не знала, что сказать отцу, чтобы забрать хотя бы часть его боли. Я была бессильна.
— Неужели... ничего нельзя сделать? — в его голосе теплилась последняя надежда.
— Увы... Всё, что мы можем, — это провести операцию. Но она либо поможет, либо... нет. Должен вас предупредить: даже если операция пройдёт успешно, она проживёт не больше двух лет, — врач тихо произносил каждое слово, боясь окончательно сломать нас.
В этот момент отец развернулся и пошёл прочь. Я не понимала, куда он направляется, но он жестом показал, чтобы я не шла за ним. Я осталась сидеть на холодном больничном диванчике, одна.
Глава 9 (Что бывает после смерти?)
Месяц спустя
После случая в больнице мой отец погрузился в пучину отчаяния. Не прошло и дня, чтобы он улыбнулся. Каждый раз, проходя мимо, он смотрел на меня, но в его глазах была лишь пустота... Словно в нём уже не осталось жизни, одно лишь существование.