Мы ехали недолго. Оказалось, он живёт не так далеко от меня. Но сейчас это даже к лучшему — у меня не было сил ни о чём думать. «Я сейчас пойду в квартиру к чужому, незнакомому человеку, о котором ничего не знаю... Боже, какая же я дура».
Поднявшись на этаж, я оказалась перед его дверью. Внутри было мрачновато, словно хозяин давно вычеркнул из своей жизни все светлые краски. Пройдя вглубь, я осмотрелась: квартира в стиле минимализм. Но, заглянув в спальню, я увидела множество картин. Они совершенно не вписывались в общий стиль — яркие, светлые, словно их написал совершенно другой человек. То, что они были здесь, спрятаны от всех, говорило о том, что они для него очень важны.
Усталость взяла верх, и сил сопротивляться больше не осталось. Я вернулась в гостиную и прилегла на диван. Почему-то здесь, после того, что я увидела в своей спальне, было спокойнее.
Найдя плед,я укрылась и закрыла глаза. Перед глазами снова встала та ужасная картина. «Кэт ничего нельзя рассказывать, она сойдёт с ума от беспокойства. Лучше просто скрыть это». Незаметно для себя я провалилась в сон, но, даже уйдя из реальности, я осталась в своих кошмарах — в кошмарах детства и незаживающих травм.
Утром мой нос уловил запах еды, что было странно — я же живу одна. Открыв глаза, я на секунду забылась, но тут же всё вспомнила. Зевнув пару раз, я побрела на кухню.
— Доброе утро. Или, если быть точнее, не такое уж оно и доброе, — он усмехнулся, не отрываясь от готовки.
— Тебя что, забавляет эта ситуация? По-моему, это было ужасно, — пробурчала я, и настроение тут же испортилось.
— Меня забавляет тот факт, что какой-то идиот решился на такое. Ведь если он следит за тобой, то должен был выяснить, кто входит в твой круг общения, — в его голосе по-прежнему слышалась насмешка.
— Не забывай, что ты мне никто. С чего бы ему бояться тебя или вообще знать о тебе? Ты мне не муж, не парень, не брат. Он понимает, что тебе нет смысла меня защищать. Я для тебя — никто, — раздражённо бросила я, плюхаясь на стул.
— Неважно. Все, кто входит в мой круг, автоматически находятся под моей защитой. Особенно те, с кем я... хорошо общаюсь. А тебе лучше подумать, кто это мог быть? — повернувшись, он поставил передо мной тарелку с яичницей и салатом.
— Думаешь, я знаю? Я ни с кем не общалась! Друзей у меня не было, вся моя семья погибла, я осталась совершенно одна! Кому я вообще могу быть нужна? — на глазах навернулись слёзы при воспоминании об отце...
— Может, ты кому-то отказала, и он воспринял это слишком близко к сердцу? Или какой-то бывший решил поиздеваться на прощание, — спокойно проговорил он, садясь за стол.
— Я же сказала, у меня никого не было! Я никогда ни с кем не встречалась, мне это неинтересно! У меня и без того проблем хватает, — схватив вилку, я набросилась на еду.
— Интересно. Такая красивая, но совсем не пользуешься своей внешностью. Звучит... странно, — он неожиданно поднял на меня взгляд и хитро улыбнулся, словно лис, поймавший что-то на слове.
— Спасибо за комплимент, но я так не считаю. Во мне нет ничего особенного для «парней». И сейчас мне нужно думать не об этом, а о том, как добраться домой, навести порядок... Наверное, нужно заехать в участок, — вздохнув, я продолжила есть.
— Тебе никуда не нужно ехать. Я сказал — я всё решу. У меня достаточно связей в этом городе. Тем более сейчас ты не в состоянии что-либо решать. Лучше скажи, как твой ожог? Наверное, сильно болит, — он говорил уверенно, но с ноткой беспокойства.
— Ожог? А... ожог... Всё в порядке, — я совсем забыла об этом и начала нервно выкручиваться.
— Ты довольно странная, не находишь? У тебя сильный ожог, но ты находишь силы думать о том цирке, что устроил этот клоун. Ты давно кажешься мне... странной, — прищурившись, Дэрин пристально смотрел на меня, словно пытаясь поймать на лжи.
— Ничего странного. Просто тревога сильнее боли. Я доем и поеду домой. Так что можешь не беспокоиться, я больше не потревожу твой покой, — опустив глаза в тарелку, я сделала вид, что всё в порядке, и доела остатки.
— Не обольщайся. Ты никуда не поедешь и останешься здесь! — прорычал Дэрин, отодвигая тарелку.
— Что? Какой бред! — с грохотом отодвинув стул, я вскочила на ноги.
«Ну уж нет. С ним я здесь точно не останусь. Мне нужно выбираться отсюда. А что, если это он и есть тот маньяк? Что же мне делать?..»