– Здравствуй, Егор, – ответила Василиса, – проходи в избушку.
Я немного внутренне напрягся, так как предполагал, что разговор может зайти про расшалившуюся «маман», но ошибся.
– Нет, спасибо. Хочу насчёт Веры Васильевны поговорить.
– Она тебе уже, небось, до ужаса надоела? – ухмыльнулась Василиса.
– Вовсе нет. Пусть находится у нас столько, сколько её душеньке угодно. Для меня это даже честь, что такой великий человек гостит у нас на горе. Но вот что плохо, она замкнулась в себе и ни с кем не разговаривает. Вернее, общается только с Огненной птицей. Слетает, принесёт охапку семян, сядет, кормит птенца, рассказывает что‑то. Про детство вспоминает – какие‑то древние житейские истории. И так круглые сутки напролёт. Я, с одной стороны, просто несказанно рад: и птенец растёт, и такая волшебница у меня гостит, но, может, вы зайдёте и с ней побеседуете?
– Да, Егорушка, спасибо, обязательно придём. Больше новостей никаких не слышно?
– Всё по‑старому. Вот только у Кащея Каменный дракон растет уж слишком быстро. Это даже Красный птенец чует. Хоть и далековато от нас тот котлован, но он беспокоится. И ещё Бессмертники новых боевиков набирают, сам видел. Нанимают как охранников за большую зарплату, а на следующий день, под видом медосмотра, Кащей им трубочки с ядом вклеивает. У него это уже на поток поставлено.
– И сколько же он уже навербовал так, при помощи своего яда?
– А я точно и не знаю даже. Я всё Ирине передаю, что увижу. А уж сколько там в сумме набирается – и не считал даже. Ладно, пойду я к себе.
Пылающий портал раскрылся и увёл Егорушку на Огненную гору. Василиса подошла и обняла меня сзади:
– Что‑то у меня голова кругом идёт: за что раньше хвататься, а за что позже, ты мне напомни, если я что‑то сегодня забуду, ладно?
– Конечно, любимая. После обеда Веню со Светой мы обещали забрать от Лунатиков.
– Это я помню, но до этого придётся зайти к Иринке с Николаем, им тоже надо карточки у Абсолютников получить – пусть пользуются их хранилищем знаний, да и возможность ходить через готический портал им сейчас никак не помешает. Ведь путеводный клубок всё так же у бабы Веры, а она в депрессии. Правда, я думаю, она просто вредничает, так как обижаться не на что, и ей это прекрасно известно.
– Как она может что‑то знать, сидя в пещере на Огненной горе? Небось, домыслила себе невесть что – вот и обиделась.
– Хранитель Заповедного леса знает всё, что происходит здесь, все деревья, кустики и травиночки – это её глаза и уши. Ладно, сегодня пойду и попробую поговорить с ней, может, и смогу понять, в чём причина её плохого настроения.
– А с Анфисой что делать будем?
– А ничего, пока так и станем жить втроем, мы – в качестве родителей, и Анфиса – в качестве проказницы‑дочки. Только мы с тобой будем спать в избушке, а твоей подруге придётся ютиться в бане.
– Да уж, дочка‑то постарше родителей лет на триста. А может, она всё‑таки образумится?
– Может, но пока даже перстень Желаний не помог. Я же заказала, чтобы Анфиса влюбилась в шатуна Лёшу, – не сработало.
– Зачем же ты мне про желание рассказала, ведь оно теперь точно не исполнится!
– И так не сбылось, в делах сердечных перстень – не помощник, это уже давно известно.
– Да, вот ещё что хотел у тебя спросить, ты можешь мне про свои предчувствия рассказать? И какую легенду ты в виду имела?
– Позже, сейчас времени нет.
Василиса взяла меня за руку и шагнула по тропинке – в Библиотеку и обратно мы всё‑таки решили ходить нашими короткими тропинками – открывать готический портал Василиса побаивалась. Вернее, больше всех возражал Николай, считая, что Абсолютники воспользуются проходом и нападут на Библиотеку, а Василиса с ним не спорила.
Ирина с Николаем нас встретили очень радушно, опять попытались напоить нас чаем и накормить пирожными. Василиса как ни отказывалась, но в итоге пришлось садиться за стол.
– Николай, я всё‑таки собираюсь отвести вас в клан Абсолютного знания, вы с Ириной подумали насчет пропусков?
Библиотекарь немного замялся, а вместо него ответила мама Ира:
– Коля очень опасается. Ведь если он пойдет к ним, то Абсолютники точно будут знать, что его здесь нет. И обязательно попробуют захватить Библиотеку.
– Но в договоре прописано, что никаких насильственных захватов.
– Когда он сам этот договор прочитает, тогда согласится. А вдруг там что‑то мелким шрифтом допечатано?
– Хорошо, значит, сегодня пойдёт Иринка, получит карточку и заберёт один экземпляр нашего соглашения.