Глава 9
Когда солнце село, мы ушли с пляжа и направились к избушке, и только теперь я смог наконец‑таки задать Василисе вопрос, который не давал мне покоя:
– А всё‑таки что это за гостевой домик, и почему я раньше про него ничего не слышал?
– Может, мы не станем поднимать эту тему? – вздохнула Василиса.
– А почему ты не хочешь говорить? Я же здесь почти ничего не знаю, поэтому мне интересно, вот и спрашиваю у тебя.
– Хорошо, настырный ты мой, это дом моих родителей, а нашим гостям я его назвала так, чтобы они не чувствовали себя стеснёнными.
– Вот это да! А почему мы сами не живем в доме твоих родителей, а ютимся в избушке Яги?
– Баба Вера тоже настаивает, чтобы мы с тобой там жили, а я не могу себя заставить – каждый раз захожу, и слёзы на глазах. Хранительнице Заповедного леса надо всего‑навсего захотеть, и новый дом для нас с тобой тут же появится, но она упёрлась и ругается, что я превращаю родительские пенаты в музей.
– Вот это новости, оказывается, всё так просто? Без всякого проекта и волшебства захотел и получил? Это же почти перстень Желаний, а не Заповедный лес! А насчёт дома твоих родителей, ведь это когда изредка появляешься, то накатывает ностальгия, но если там жить постоянно, то обязательно пройдёт, или у тебя есть другие мотивы?
– Сашенька, а давай ты не будешь Василису об этом расспрашивать? – вмешалась в наш разговор Анфиса. – У тебя же самого родители погибли, ты‑то уж лучше других должен понимать её.
Пришлось замолчать, но для меня такое поведение моей жены всё равно казалось странным – как это можно не хотеть жить в своём доме, ведь я всегда придерживался поговорки: «Мой дом – моя крепость». Хотя если бы я сразу после смерти родителей пожил в другом месте, то неизвестно, какие бы у меня выработались комплексы. Дойдя до избушки на курьих ножках, Анфиса скромно попрощалась и пошла спать «к себе» в баню. А мне подумалось: может, вот так постепенно всё и перейдёт на дружеские рельсы?
Вечером я долго не мог уснуть, всё лежал и думал: что же мне за судьба такая странная выпала? Ведь только встретив Василису, я понял, что все мои подружки, и постоянные, и временные, меня не любили. Всё то, что возникало между мной и ими, называлось другими словами: порыв, страсть, влечение, а то и просто расчётливость, как в случае с последней пассией, то есть всё что угодно, но только не любовь. Почему‑то тогда, в прошлой, обычной человеческой жизни, у меня в голове главенствовало именно моё отношение к объекту страсти: я её люблю и хочу, чтобы мы были вместе. То, как относится ко мне она, меня почему‑то совершенно не интересовало. А что самое страшное, если бы не наша случайная встреча с Василисой, то я мог бы всю жизнь прожить, так и не узнав, что такое настоящая любовь! Мне тридцать четыре, пятнадцать лет незаметно пролетели бы, стукнул полтинник, а после пятидесятилетнего рубежа уже не до любви – там даже не страсть и влечение, а седина в бороду, плавно переходящая в старческий маразм. Это только теперь я стал понимать: как же ужасно прожить до самой старости, когда тебя никто не любит! А ведь многие так и живут всю свою жизнь, так и не познав этого чуда!
А сейчас у меня случилась другая напасть, почти как в той пословице: «Не было ни гроша, а теперь целый алтын». В меня почти одновременно взяли и влюбились сразу две сказочные женщины – волшебницы, предводительницы кланов! Вот только зачем мне так много? Мы с Василисой ещё толком не можем притереться друг к другу – она авторитет в мире магии, предводитель клана, привыкла всё решать и делать сама. Я тоже почти двадцать лет живу один и тоже привык к самостоятельности. Из‑за этого у нас и идут постоянные конфликты, а тут ещё и предводительницу клана Огня угораздило влюбиться в меня. И что мне с этим делать прикажете?
А ведь если бы я месяц назад встретил такую влюбленную в меня Анфису, то точно ответил бы ей взаимностью! Даже пытаться врать самому себе не надо – непременно влюбился бы! И семья у нас очень хорошая получилась бы, и дети родились, а сейчас я только мучаю Анфису отказами и ума не приложу – что мне с таким равнобедренным треугольником поделать. Хорошо, что Василиса всё понимает и сцен ревности не устраивает.