Дыхание сбилось и с каждым новым вдохом, которая девушка делала ртом, вновь и вновь обжигал ей горло. Ком, застрявший где-то в глотке, больно давил на её стенки, а вновь накатывающие слезы страха уже стекали по щеке девушки.
- Не волнуйся, твоя смерть уж точно не будет напрасной - ты успеешь еще принести пользу. Впрочем, все ведь умирают, верно? Так чего же ты так боишься? Часа раньше, часом позже - значение не имеет. Я всë равно убью тебя. - последняя фраза прозвучала ещё более грозно. - Что такое? Ещё немного и ты в слезах убежишь домой? Не надейся - я знаю где ты живешь. Я знаю твоих маму, папу. Я знаю, что завтра вы едите в Усть-Калманку по своим семейным делам. Жди меня, смертная, жди! Я приду к вам ровно в полдень.
Слезы уже буквально заволокли глаза девушке из-за чего она не могла рассмотреть то, что перед ней происходит, но она понимала, что если закроет глаза, то может произойти что-то страшное. И все таки она не справилась с природой своего организма и моргнула. О нет, сейчас она откроет глаза, и там будет Он. Она была точно уверена в этом. Скрепя зубами, с трясущимеся руками и ногами, дрожащай челюстью и дергающейся нижней губой она быстро вытерла слезы и открыла глаза, готовясь к худшему. Но ничего не произошло, её никто не съел и никто не сломал ей шею. Однако, всхлипывая от страха, девушка поняла, что мальчик снова пропал. Метаясь из стороны в сторону и рыская глазами она пыталась выискать гада, но кругом не было ни единой души, даже животных. Задыхаясь от удушающих её слез она приняла самый отчайный, но действенный метод - побег. Быстро обернувшись она тут же вновь с кем-то столкнулась, вот только на этот раз это был не мальчик, а кто-то куда больше. Он был в два раза выше, его конечности были непропорционально длинными, а кожа была сморщенной, бордовой, и сухой. В ужасе подняв глаза девушка лицезрела страшное: голова того самого мальчика болталась на тонкой, вытянутой шее, а из его чёрных рта и глаз вытекало что-то смолистое, но в то же время сгнившее и очень вонючее.
- Все таки убегаешь? - заговорил монстр искажённым голосом, который раньше принадлежал маленькому мальчику.
Казалось, крик девушки вот-вот порвал бы её собственные перепонки, но благо такого не произошло. Девушка в миг оказалась позади чудовища и уже со всех ног бросилась прочь, по дальше от ужасного создания. Домой, лишь бы добраться домой!
Глава 9 Что же я должен был сделать...
Дверь в дом медленно и скрипуче открылась. Её даже не открывали, лишь дернули за ручку. Она сама, по инерции, лениво распахнулась, позволяя войти внутрь. За дверью показалась опустошенная Настя, глаза которой, казалось, больше ничего не выражали, а брови съехались и камнем застыли в физиономии ненависти. Шагнув внутрь, девушка дрожащими ослабевшими руками закрыла за собой дверь. Она разулась, сняла верхнюю одежду и, не торопясь, побрела в свою комнату. Когда девушка уже дошла до кровати, её ноги словно отказали, она обессиленно рухнула на неё, потягиваясь на ней, словно кошка в траве, под лучами света. Несмотря на приятный её глазу интерьер и сокрытое ото всех пространство, она не могла до конца почувствовать себя расслабленной и успокоившейся.
Не стоит и объяснять, почему её стали посещать мысли о преследовании и вечной опасности. Теперь даже в её селе, в её доме совсем не безопасно. В любой момент может снова появится этот "мальчик" и... Чëрт его знает, что он может вытворить на этот раз.
Девшука не могла долго находиться в одной позе, поэтому она перевернулась на бок, поджав ноги, и положила руки себе под голову, имитируя подушку, на которой она, впрочем, и так уже лежала. Зудящие, покрасневшие веки стали сами по себе смыкаться, давая понять девушке, что сейчас её не на шутку клонит в сон. И поза была очень удобной; её сознание вот-вот отключится. Но что-то мешало ей, что-то, чего она не понимала. Может, это пережитый за сегодня стресс, так сжимал ей сердце или она забыла что-то важное. Может, она волнуется за что-то, или за кого-то?
Родители. Завтра, к часам двенадцати, они всей семьёй едут в магазин закупать недостающие продукты на Новый Год. Чтобы не наговорило то уродливое существо - оно явно не блефует. Завтра в полдень с ними что-то может произойти, что-то страшное... Оно придет за её родителями? Или все таки за ней?
- Всë! - шепотом крикнула девушка - Хватит, не могу больше об этом думать!
Девушка уткнулась носом в подушку и не то, чтобы заплакала от того, что она не могла ничего сделать, а злилась за то, что вообще влезла в это, хотя это зависело вовсе не от неё. Девушка несколько раз со злобой опустила руку на подушку, словно она вбивала гвозди, и в очередной раз нырнула лицом обратно в пострадавшего. Правда теперь вмятина от её кулака не нравилась девушке, и она снова подняла голову, схватила измученную подушку в руки и стала трепать, взбивая её до нормального, мягкого состояния. Она грубо положила мягкого друга на место и, подскочив всем телом, грациозно перевернулась на другой бок и снова плюхнулась на удобную кровать.