Каналья, смеясь, говорил, что уже почти не злится на Макбрайда за внеочередные каникулы. Его слова ножом резали по сердцу Лаки. Она понимала, что друг пострадал из-за тех странных чувств, которые испытывал к ней Бирн. Как же красота осложняет жизнь. От нее, красивой куколки, все постоянно чего-то хотели. Только с друзьями она чувствовала себя легко и свободно, но и с ними теперь нельзя было открыто общаться. Макбрайд уже показал свой нрав. Лаки опасалась, что столь жестоко он обойдется и с Шельмой, и с совсем безобидным Крысой. Причем не ограничится побоями, а разлучит с ними навсегда, как первоначально задумывал поступить с Канальей, отправив его в приют.
Узнав об этом, они тогда решили все вместе покинуть Дармунд. Только просто сбежать было невозможно, их обязательно бы разыскали и вернули обратно. Надо было сделать так, чтобы их официально исключили из клана.
Лаки выяснила, что неугодных детей отправляют в ближайший приют в Белфасте, и решила первая отправиться туда. Потом, собравшись все вместе в приюте, они сбежали бы, и никто бы их никогда не нашел. Ведь искали бы уже не маги, а обычные люди. Девочка убедила друзей, что жить на улице не так страшно, как кажется, они ведь не маленькие дети и имеют определенные знания. Только осторожный Крыса указывал на слабые места такого плана, но и он был согласен с тем, что их не оставят в покое и скоро разлучат друг с другом. А ведь для них самое главное – это быть вместе, и неважно где – в приюте или на улице. Главное – вместе.
Но после разговора с Макбрайдом Лаки уже не могла покинуть Дармунд, да и хорошо все заново обдумав, решила, что ни к чему менять одну тюрьму на другую. Здесь они хотя бы уже знали, чего от кого можно ожидать. В приюте пришлось бы заново завоевывать место под солнцем, а на улице так тем более. Крыса сразу просчитал все варианты и не зря осторожничал. Он никогда не жаловался, но все и так понимали – на улице ему не выжить.
К тому же теперь уже можно не опасаться за судьбу Дойла. Она неплохо изучила характер Бирна и сыграла на его врожденном чувстве справедливости. Терзаемый муками совести он оставит Каналью в покое и даже постарается как-то загладить свою вину, не явно, конечно, но все равно постарается в дань памяти о его отце.
Хоть Лаки и сердилась на Макбрайда, но все же смогла его понять и даже простить. А вот чванливую и развратную мисс Адамс следовало обязательно наказать, поэтому она предложила друзьям свой план мести.
Они как раз обсуждали его в изоляторе, когда Шельма передал им просьбу Смита. Лаки неопределенно пожала плечами:
– Почему бы и нет? Только надо что-то придумать с подарком, чтобы не выглядеть халявщиками. А еда подойдет любая, главное, чтобы ее было много.
– Кэтрин же с нами? – утвердительно спросил Дойл, окидывая внимательным взглядом своих друзей.
– Ну, а как же без нее, – согласилась Лаки, – но ты ведь понимаешь, что скоро ваши пути разойдутся.
– Я все понимаю, Ангел. Конечно, разойдутся.
Девочка сочувственно улыбнулась другу:
– Не все от нас зависит, но то, что можем, мы сделаем так, как считаем нужным. И сейчас нам надо хорошо отметить день рождения хорошего человека. Позови Кэтрин, обсудим стол и подарок.
Через час Шельма, уловив подходящий момент, передал Смиту их пожелания к угощению и место встречи. Гастрономические вкусы подростков оказались весьма скромными, они явно не хотели вводить его в лишние расходы, и тогда Смит сам, вспоминая свое полуголодное детство, купил два больших пакета с едой и под покровом ночи втащил их в изолятор, где хозяйственная Кэтрин быстро накрыла стол. Целый час они предавались чревоугодию, а проще говоря, обжираловке, а затем сыто развалились на кроватях.
Джед никогда не чувствовал себя так непринужденно и весело, как в ту ночь с этими необычными ребятами. Они и подарок преподнесли весьма странный – дорогой кожаный чехол на мобильный телефон, вызвав у него искреннюю улыбку от такой нелепости. Ведь телефона-то не было! Мобильные телефоны только начали входить в обиход и стоили баснословно дорого. На свою мизерную зарплату Смит не мог позволить такую роскошь, ну разве только, если бы не ел и не пил примерно полгода.