Каналья ахал и охал, когда Лэндон, не прикасаясь к нему, приказывал встать, сесть и лечь. Он выполнял все действия с трудом, но не настаивал на том, что они ему недоступны. Старик рассеянно слушал расплывчатые фразы коллеги о динамике выздоровления больного, а затем резко прервал его.
– Я все понял. Подождите меня во дворе, пока я сам осмотрю пациента.
Оставшись наедине с Канальей старый лекарь строго сказал ему:
– Давай без очковтирательства, я – не Лэндон.
Он подошел к парню, быстро провел ладонями по его рукам и ребрам, похлопал по ногам, а затем недоверчиво произнес:
– Говоришь, попал сюда месяц назад? Странно. Я знаю силу ударов Макбрайда, а судя по бреду твоего лекаря, он тебя толком и не лечил, но ты сейчас практически здоров. Опять инопланетяне постарались?
Хоть глаза старика и смеялись, голос был суровым и требовательным:
– Быстро говори, что за мафарские друзья у тебя имеются в Дармунде? Или пригласить сюда господина Бирна, чтобы он поговорил с тобой?
Но Каналья с безучастным видом лишь неопределенно пожал плечами на его угрозу.
– Зовите, кого хотите, у меня нет друзей мафаров. И как бы господин Бирн не «спрашивал» они не появятся
– Ты гляди, какой смелый, – усмехнулся лекарь и крикнул в коридор: – Девочка, иди сюда.
Кэтрин робко вошла в комнату и вопросительно посмотрела на лекаря.
– Тебя ведь зовут Кэтрин? Скажи, кто лечил этого парня? Только не обманывай, девочка, я же вижу, что тут использовались особые методы.
– Простите, сэр, я нарушила инструкцию и попросила папу осмотреть его переломы. А мой папа ветеринар, и наверно применил какие-то зелья для лечения животных, – решилась на полуправду девушка, вкладывая всю искренность в свой взгляд, чтобы въедливый старик поверил
– Твой отец – Джек Гарвуд? – проявил осведомленность лекарь.
– Да, сэр, – настороженно ответила Кэтрин.
– Он был одним из моих лучших учеников. Жаль, что не смог окончить Школу и стать лекарем. Вас ведь четыре девочки у него? И ты, наверное, самая младшая? Джек все хотел мальчика, а боги давали только девочек.
Лекарь говорил таким успокаивающим голосом, что девушка почти расслабилась, и тогда он резко изменил тему:
– Так кто же вылечил парня, Кэтрин?
– Мой папа, – твердо произнесла она.
– Ладно, будем считать, что его вылечил твой отец, – сдался старик. – Мне говорили, что ты тоже сильна в учебе, и вполне сможешь выучиться на лекаря. Я запишу тебя в свою группу на тестирование. А ты, так и быть, поваляйся здесь еще пару недель, – милостиво сказал он Каналье и направился к выходу.
– Эх, совсем ноги замучили, – по–стариковски прокряхтел лекарь напоследок, бросая хитрый взгляд на Кэтрин. – Может попросить у Джека лошадиную мазь? Или ты попросишь своих космических братьев помочь мне? – так же хитро спросил он у парня.
– Обязательно попрошу, сэр. При следующей встрече так и скажу: «Сделайте, пожалуйста, мазь для мистера....
– Мак Эдда, – подсказал лекарь, – а проще – для господина Катэйра, – и окинув насмешливым взглядом своих собеседников, с улыбкой вышел из комнаты.
А во дворе изолятора он жестко отчитал Лэндона за пренебрежение своими обязанностями и сурово предупредил, что еще один такой просчет, и тот распрощается с должностью.
– Представляешь, Дойла осмотрел сам господин Катэйр! – возбужденно сказала Кэтрин появившейся сразу после ухода лекарей Лаки. – Или этот человек просто пошутил, как ты думаешь?
– Нет, это на самом деле главный лекарь клана. Меня недавно познакомил с ним профессор Броуди. И ты, Кэт, обязательно должна поступить в его группу.
– У нас нет денег на обучение, – тихо возразила девушка. – Хотя папа так мечтал, чтобы хоть одна дочь окончила Школу Друидов.
Ее сестры покинули Дармунд, едва достигнув совершеннолетия, и у нее уже подрастали три племянницы. А сестры то мирились, то ссорились со своими избранниками и постоянно просили у родителей денег. Поэтому Кэтрин соглашалась на любую подработку, чтобы хоть немного облегчить жизнь родителей.
Обучение девочек начиналось с семи лет, и плата за первые десять курсов была вполне доступной для всех. Но Школа Друидов была уже для избранных, причем для хорошо обеспеченных избранных. Ее отец не сможет скопить столько денег.