Как только за ним захлопнулась дверь, Галлард посмотрел в зеркало и сделал нетерпеливый жест Ардалу и Бирну. Через мгновение они уже все вчетвером сидели за столом.
– Возьми список, Бирн, – холодно сказал Галлард, протягивая лист бумаги. – Можешь заняться ними в ближайшие три часа. Только не переусердствуй за свою «куклу». Они должны стоять на ногах в пять часов на собрании клана.
Макбрайд бегло пробежал взглядом список. В нем было пятнадцать прозвищ и фамилий. И фамилии эти были весьма известными среди друидов.
– Да уж, клубешник звездастый. А не кинул ли нас ублюдок Кэмпбелл с этим списком? Он ведь мог включить в него всех своих врагов, чтобы расправится с ними моими руками. Не доверяю я ему.
– А я бы доверил ему жизнь, – твердо произнес Катэйр. – Дойл нормальный парень, я это понял еще несколько лет назад. Он теперь под моим покровительством, Бирн, так что прекрати его третировать. Я, вообще, понять не могу. Ты сам затеял дело о восстановлении его в правах на фамилию Кэмпбелл и проделал огромную работу, чтобы полгода назад он им стал. Да и от татуировок парень избавился с твоей подачи, но ты все равно продолжаешь считать его ублюдком и постоянно тычешь в нос, сравнивая с отцом.
– Как тут не тыкать, если он продолжает вести себя, как ублюдок? – со злостью вскинулся Макбрайд. – Я сделал все это в память геройски погибшего Мерфи, а его сын…
– Дойл был его сыном и двенадцать лет назад, только ты об этом почему-то не думал, – ринулся на защиту Кэмпбелла Катэйр. – Что же ты такой благородный не вспомнил о нем еще хотя бы пару лет назад и не зачислил его в отряд подготовки ловцов? Парень правильно сказал, что теперь все долбят его за отца, постоянно сравнивая с ним. А он не может по мановению волшебной палочки стать вторым Мерфи, который, впрочем, тоже не отличался покладистым нравом. Кстати, а ты заметил какая теперь татуировка на руке Кэмпбелла?
– Буду я еще на его наколки смотреть, – буркнул Бирн, нехотя признавая правоту Катэйра. – Меня только прежняя бесила.
– А я вот рассмотрел, – усмехнулся лекарь. – Она сделана клинописью, и ее мало кто сумеет прочесть. И гласит она следующее: «Всегда готов к любви и к драке».
– Оба–на! – удивленно воскликнул Макбрайд.
– Это же девиз вашего звездастого клубешника конца восьмидесятых, куда входили все твои лучшие ловцы, в том числе и Мерфи? Так что перестань гнобить парня и дай ему возможность учиться дальше. Конечно, ловцом, как отец, ему уже не стать, но ничего, выучится на кого-нибудь другого.
– Угу, на лекаря, например. Он так хорошо умеет симулировать, что запросто поставит диагноз себе подобным.
– Господин Галлард, – официально обратился Катэйр к главе клана, – я прошу разрешить Дойлу Кэмпбеллу сдать экзамены для зачисления в Школу Друидов. Я оплачу его обучение.
– Господин Катэйр, – столь же официально ответил Бойер, – я не стану препятствовать поступлению Дойла Кэмпбелла в Школу Друидов. И вам не придется платить за его обучение. Дети героев обучаются бесплатно. И, кстати, осмотрите его ребра, возможно парень действительно нуждается в госпитализации.
Макбрайд лишь покачал головой, слушая их разговор, и снова уткнулся в список.
– Господин Бирн, все ваши сомнения рассеются, когда вы найдете «Книгу пэров». К ней, наверняка, приложена книга пари, как у настоящих английских джентльменов, причем написанная от руки. Это и послужит вам доказательством.
– Галл, но я не знаю, где ее искать. Со слов Кэмпбелла, так почти за унитазом. Вот только за каким?
Макбрайд говорил уже обычным голосом, что порадовало Галларда. Он тоже перешел на свой привычный тон:
– Как сказал Стивен, клуб держит Принц, то есть Маккалкин. Думаю, книга хранится в его комнате, и ты без труда раздобудешь ее. Но, повторяю, у тебя на все про все времени до пяти часов.
– А что будет в пять, Галл? – тихо спросил Бирн.
– Общий сбор Дармунда. На нем будет объявлено, что Лаки – моя наследница. Пришло время всем узнать об этом.
Макбрайд заметно повеселел и легко поднялся на ноги.
– Тогда я пошел. Времени маловато, но я все же успею поговорить с ними по-мужски.
– Поговори, только не увлекайся. И предупреди Лаки, чтобы она оделась прилично, а не в те монашеские одеяния, в которые ты ее рядишь.