Мисс Харви осуждающе поджала тонкие губы и недовольно заметила:
– Не понимаю, зачем господин Бирн разрешил этой выскочке изучать редкие издания, а та и рада стараться – приходит каждый день, и мне приходиться сидеть здесь, не отлучаясь, даже чаю не могу попить. Ее ведь не оставишь одну в зале, – презрительно процедила сквозь зубы библиотекарша. – От ублюдков чего угодно можно ожидать, еще испортит книгу или стащит ее. Кстати, сейчас она как раз читает «Книгу мифов и сказаний нибелунгов». Хотя, что она там может прочесть, ведь книга написана на древнем языке. Просто пялится на непристойные картинки, ей только этого и надо. Эй, Альварес, – высокомерно крикнула она, – хватит мусолить фолиант, неси его сюда. Твое время истекло, так что, до свидания. И в ближайшие дни не приходи, книга нужна профессору Галлахар на длительное время.
И библиотекарша улыбнулась декану заговорщицкой улыбкой, намекая помочь ей избавиться от настырной ученицы хотя бы на недельку.
Но профессор Галлахар лишь сдержанно произнесла:
– Можете быть свободной, мисс Харви, я сама закрою библиотеку. Утром зайдете в мой кабинет и получите ключ.
– Добрый вечер, профессор Галлахар, – раздался мелодичный голос Лаки Альварес.
Она подошла к двум женщинам и протянула декану увесистый том.
– Вот книга, мэм, до свидания, – вежливо попрощалась девушка.
И повернув голову к библиотекарше, негромко, но твердо сказала ей:
– Мисс Харви, разрешение на посещение этого зала действует только до конца месяца, так что я не могу пропустить ни одного дня, к вашему сожалению. И эта книга мне больше не нужна, с завтрашнего дня у меня по расписанию изучение «Сказания о Туане Мак Кайриле».
Выдав эту тираду, она направилась к выходу, а мисс Харви язвительно бросила ей вслед:
– Скажи кому другому, что умеешь читать на древних языках. Я же вижу, как ты просто листаешь книжки, напуская умный вид. Так что нечего рисоваться перед нами.
– Лаки, для разрешения небольшого спора с профессором Броуди, мне надо срочно найти заклинание всеобщей радости и богатства. Ты случайно не помнишь – оно в начале книги или ближе к концу?
Вопрос декана настиг ученицу почти у порога, причем был задан на древнегерманском языке.
– Заклинание богатства на сто двадцать седьмой странице первый абзац, а всеобщей радости на двести сорок пятой третий абзац, мэм, – не задумываясь, ответила девушка на том же языке.
Ее ответ поверг в шоковое состояние служительницу читального зала, знавшую древнегерманский язык почти так же, как и японский, то есть никак, хотя он и входил в обязательный курс изучения в Школе Бардов, которую мисс Харви окончила, якобы, с отличием. Да и профессор Галлахард была приятно удивлена – ученица Альварес, считай, уже сдала экзамен по древнегерманской мифологии, самому сложному предмету в Школе Бардов.
– Лаки, задержись, пожалуйста, у меня к тебе есть разговор, – с довольной улыбкой попросила декан факультета и категоричным тоном сказала библиотекарше: – До свидания, мисс Харви.
Та схватила сумочку и быстро покинула отдел редких изданий, оставляя декана и ученицу наедине.
Профессор Галлахар вышла следом и убедившись, что в библиотеке нет никого, кто мог подслушать их разговор, закрыла на защелку дверь в коридор, а затем присела на небольшой диван и жестом предложила девушке сесть в кресло, стоявшее рядом с ним.
Лаки осторожно присела и внимательно посмотрела на женщину. До сегодняшнего дня их пути не пересекались, и факт, что профессор знает ее имя, стал неожиданным.
Стефани Галлахар не стала томить ученицу и сразу сказала, чего от нее хочет.
– Я подала господину Галларду ходатайство на допущение тебя к сдаче вступительных экзаменов в Школу Друидов в августе этого года, – и заметив недоверчивый взгляд с улыбкой продолжила: – Я знаю, что тебе всего лишь четырнадцать, и по всем правилам ты должна поступать только через три года. Но в Школу Друидов зачисляют не только по возрасту, но и за определенные достижения. Ты обладаешь колоссальной магической силой, и ее надо обязательно развивать для выполнения нашей священной миссии. Кстати, ученики, не достигшие возрастного ценза, в нашей Школе не в диковинку. Правда, четырнадцатилетних еще не было, а пятнадцатилетние уже были, и один из них – твой отец. На вступительных экзаменах я задала ему такой же вопрос о заклятиях нибелунгов, – усмехнулась женщина и неожиданно подмигнула ошеломленной девушке. – Ты ответила на него быстрее.