– Я поговорю с господином Бирном лишь при одном условии – в августе ты будешь поступать в Школу Друидов, – не допускающим возражений тоном произнесла Стефани Галлахар и буквально огорошила девушку последующими словами:
– Запомни, Лаки, ты законная дочь Антэна Бойера. Двадцать лет назад я присутствовала на свадьбе твоих родителей. Им едва исполнилось по семнадцать лет, и господину Галларду пришлось договариваться с архиепископом, чтобы их обвенчали раньше установленного возраста. Твоя мама была обычной девушкой и категорически отказалась от нашего обряда, поэтому на свадьбу пригласили гостей из известных друидских родов, чтобы подтвердить законность их брака. Мы с мужем были в числе этих гостей, и я хорошо запомнила твою маму. Вы похожи с ней, как две капли воды, только цвет глаз и волос ты унаследовала от рода Бойеров. Я не знаю, где твои родители, и почему ты носишь фамилию Альварес, но то, что ты – Бойер, я готова подтвердить под присягой.
Лаки ошеломленно смотрела на женщину и молчала, но ее поняли и без слов.
– Мы не вправе обсуждать действия главы клана, – мягко произнесла Стефани, – поэтому не будем гадать, почему ты живешь под чужой фамилией. Конечно, я не должна была говорить с тобой на эту тему, у господина Галларда, вероятно, какие-то свои планы на твой счет. Но в любом случае в семнадцать лет перед поступлением в Школу Друидов, ты узнала бы правду. Только я считаю, что ты не должна скрывать свои способности еще три года, чтобы не злить узколобых и злобных преподавателей. В нашей Школе к тебе будут относиться доброжелательно и объективно. Никто не посмеет оскорбить дочь Антэна Бойера, пусть и носящую фамилию Альварес. Это я тебе гарантирую, – твердо пообещала профессор Галлахар и поднялась с дивана, давая понять, что разговор окончен. – Жду тебя в августе на вступительных экзаменах.
Глава 18
Ровно в семь часов утра Лаки переступила порог кабинета главы клана, где уже заседал Совет четырех. Бледная от беспокойной ночи, с гладко причесанными и заплетенными в косу волосами, она выглядела хрупкой и беззащитной. А темно-серое закрытое платье делало ее похожей на послушницу в монастыре. На очень красивую послушницу. Макбрайд выругался про себя от досады. Галлард правильно упрекнул его в том, что такими одеяниями он только усилил внимание к Лаки.
Она вежливо поздоровалась и остановилась посреди комнаты, ожидая дальнейших указаний. Ардал и Катэйр с улыбками ответили на приветствие, Бирн с виноватым видом кивнул, а Галлард смерил свою наследницу с головы до ног холодным взглядом и сухо сказал:
– Вчерашняя выходка должна стать последней, Бойер.
– Да, сэр, – ответила ему правнучка столь же холодным тоном, а про себя подумала, интересно, какую именно выходку он имеет в виду? Вчера их было предостаточно, но выяснять, естественно, она не стала, и только, не опуская глаз, смотрела на Галларда.
Тот не предложил ей сесть и продолжил выговор.
– Вы должны осознать, что принадлежите к очень известному, даже знаменитому роду, и ваше поведение, как и внешний вид должны быть безупречными.
Не скрывая недовольства, он вновь окинул Лаки критичным взглядом.
– Вы обязаны выглядеть прилично. Не убого, как сейчас, и не так вызывающе, как на всеобщем сборе. Чтобы я больше не видел вчерашнего наряда. Вы должны одеваться стильно и элегантно, в соответствии своему возрасту и положению. Ваш внешний вид должен оставлять впечатление добропорядочной девушки, у которой главная цель в жизни – это учеба, а не легкомысленные развлечения.
Членам Совета было неловко слушать, как Бойер отчитывает свою наследницу, словно разнузданную девицу, нелепо и безвкусно одевающуюся, чтобы привлечь к себе внимание. Можно подумать, что у нее были деньги и возможность самой покупать себе вещи. Макбрайд, приложивший руку к гардеробу девушки, небезосновательно принимал его слова и в свой адрес.
– Господин Катэйр станет вашим наставником по этикету и эстетике. Вы должны четко следовать его указаниям и выполнять все его распоряжения, не вызывая никаких нареканий. В противном случае к вам будут применены меры наказания весьма широкого спектра.
Лаки на мгновение перевела взгляд на главного лекаря, и тот ответил ей ободряющей улыбкой, говорившей, что никаких проблем у них не будет. Они давно нашли общий язык на занятиях по врачеванию, которые Лаки начала регулярно посещать, как только ей исполнилось четырнадцать лет.