— Во! Это я понимаю! Сам трахаться хочу.
Мы только сели в машину, выезжали со стоянки.
Дэн собирался повернуть, уже руль крутанул, и тут под колеса бросилась девка.
— Какого хуя! — ударил по тормозам, потом открыл дверь. — Идиотка! Я тебя переехать мог! — орал на нее Дэн.
— Фух, успела, — девица смотрела на меня через лобовое стекло.
Пригляделся к ней. Я понял, кто она.
— Жить надоело? — вышел из машины.
— Марк Эдуардович, здравствуйте… — таращилась на меня, кажется, испуганно.
— Ты знаешь эту смертницу? — удивился Дэн.
— Вроде того, — откликнулся. — Чего тебе? — вернулся взглядом к девке.
Дождь начал моросить.
— Марк Эдуардович, больше обратиться не к кому! Вы же Маше помогли с Тараканом? Помогите еще разок! Пожалуйста! — глаза, прямо как у щенка бездомного.
— Какой еще Таракан? — не понял Чиж. — Прусаков, что ль? Мы же его в 2019 завалили, — а Конопатая на Дэна уставилась.
— Говори уже! — рявкнул.
— Марк Эдуардович, Маша в беде! Она одна осталась на трассе, а мне забрать ее нужно!
— В машину! — Конопатая метнулась на заднее сиденье.
— Что происходит? — возмущался Дэн.
— По дороге объясню, — ответил коротко, потом спросил уже ту, что ерзала теперь на заднем сиденье: — Ты знаешь, где она?
— Да, вот локация. У нее телефон еще разряжается.
— Что она там забыла в такое время?
— Понимаете, ее парень выкинул из машины. Одну. В такую погоду!
— Стасик-пидарасик? — обернулся к ней.
— Да, козел этот! Всегда ей говорила: мудак твой Стасик, а она как будто с другой планеты.
— С Луны!
— Что?
— Ничего!
— Эй, Конопатая! Ты в моем присутствии не матерись! — обратился к ней Дэн.
— Еще чего! Мой рот. Что хочу, то говорю! — огрызнулась.
О, да это вызов. Подумал: Дэн терпеть не может, когда бабы матерятся.
— Марк, ты с кем связался? — захохотал друг. — Тебя по студенткам потянуло?
— Вы тоже не материтесь! Я все же дама.
— Из Амстердама? — спросил ее Дан.
Пока ехали к месту назначения, от этих двоих устал, как черт. Всю дорогу слушал их перепалку.
— Так! Стоп! — остановились возле остановки. Конопатая выскочила из машины.
— Слышь, Марк! Откуда эта супербелка? — глаза у друга загорелись интересом.
— Все потом.
Из кустов мокрая, как курица, вышла моя страдалица. Супербелка тут же на нее накинулась. Блять, как же мне захотелось прикоснуться к моей пташке.
— Отойди, мать Тереза! Брысь!
— Эй! — прикоснулся к ее лицу. Холодная, вся трясется, пухленькие губки посинели.
— Цела?
— Угу, — хрипло ответила. Подхватил ее на руки, прижал к себе.
— Ой, не нужно! Я сама!
— Я тебе дам — сама! Самостоятельная ты моя. Тебя вон как колотит.
Какая она маленькая, хрупкая… А легкая — как перышко. Прижал крепче, отпускать не хотел.
— Открывай!
Конопатая проворно метнулась к машине. Усадил свою пташку. У нее зуб на зуб не попадал.
— Шмотье свое снимай, — ухватилась за свои тряпки, глаза выпучила.
— Д-даже н-не подумаю! И-извращенец! — в таком шатком положении, а брыкается.
— Дура! У тебя переохлаждение будет! Слышь, Конопатая! Вправь мозги своей подруге, пока я этого не сделал!
— Маш, снимай. Он дело говорит.
— Отвернись, — глаза испуганные. Сейчас отвернусь, но потом все равно отжарю пташку. Красивая сучка! Сел в машину.
— Чиж, печку навали!
Девочки шуршали на заднем сиденье. Пару раз украдкой подглядывал за Пташечкой, как мальчишка, который ни разу не видел девичьего тела. Пока ехал, думал о том, как побыстрей ее снова прижать к себе. Походу, написал своей экономке, чтобы горячую ванну приготовила. О пташкиной общаге — и речи не шло.
Тачка остановилась. И вот моя синичка снова в моих руках. Правда, подруга ее бесячая все время под ногами путалась и выкрикивала что-то. Пусть Чиж ею занимается! Надоела трещотка!
Поставил на ноги в ванной, сорвал с нее плед. Сука, до чего хороша, а!
Ее молоденькие груди всколыхнулись, розовые ореолы и затвердевшие сосочки торчали. На вид — полная тройка! В штанах член дернулся. Она начала прикрываться.
— Снимай с себя нижнее белье и бегом в ванну!
— Выйди, пожалуйста, — смотрела в глаза.
Прошелся еще разок по ее хрупкому телу, залюбовался ею. Ноги будто к полу приросли. Не хочу за дверь. Тут хочу, с ней быть. Дрянь мелкая.
— Если что, я за дверью.
Мука чертова! У меня там деваха голая, а меня за дверь с моим стояком выпроводила. Блять! Трахаться хочу, хоть на стенку лезь. У-у!!! Нужно Лёлю вызывать или к ней ехать? — посмотрел на дверь, где моя Машенька сидела. Голая. И такая желанная. Валить нужно из комнаты. Сорвусь.