По пути он звонил и много матерился.
— Пташка! Жива?
Яркий свет, боль в районе локтя, а потом темнота. Снился мне дом, мама. Снилось, как она — такая красивая и молодая — стоит у плиты, переворачивая очередной блинчик, потом передает мне, а я щедро смазываю его сливочным маслом. Картинка меняется мгновенно, будто внезапно налетела гроза. Теперь все во тьме. Отец, поднимающий на меня руку, детский дом, где меня таскали за волосы старшие девочки. Побои, синяки. А потом опять луч света тянется ко мне: бабуля стоит с караваем, меня зовет. Я так хочу к ней! И мамочка моя выходит в белом платье. Радуется, смеется, к себе подзывает.
— Мамочка! Я иду!
Пытаюсь сделать шаг, но меня держат крепкие мужские руки. Оборачиваюсь.
Суровые черты лица, брови сдвинуты в одну линию, борода, которая кажется колючей, голубые глаза пронзают до глубины души.
— Ты кто? — кладу руку на щеку мужчины, провожу по ней. — Мягкая! — удивляюсь. — Я думала она колючая.
Я смеюсь, а мужчина еще сильнее хмурится.
— Отпусти! Мне к маме с бабушкой надо, они меня уже ждут.
Пытаюсь вырваться, но его руки лишь сильнее сжимают.
— Ты моя, Пташка! Никуда не отпущу! Со мной будешь! — бархатный голос мужчины разливается по венам, как наркотик. Хлопаю ресницами.
— Они меня ждут. Посмотри, — показываю ему свое белоснежное платье. Я уже нарядилась. Как невеста.
— Еще рано, Маша! — отвечает мужчина.
Он мне не неприятен. Наоборот, с ним я чувствую себя в безопасности.
— Ты красивый, ты мне нравишься, — аккуратно веду пальчиками по его лицу, как слепая. Изучаю. Дотрагиваюсь до бровей, спускаюсь к носу, потом веду ниже, к его губам. От моих прикосновений он закрывает глаза, и лицо становится уже не таким суровым. Выдыхает. Судорожно.
— И губы у тебя красивые, — провожу пальцем по контуру нижней губы. — Мне хочется их поцеловать. Как тебя зовут? — он распахивает глаза, и их заволакивает тьма.
— Бес! — эхом отдается в моей голове.
Паника накрывает меня с головой, я начинаю от него отбиваться. Мужчина притягивает меня к себе, гладит по голове. Шепчет.
— Успокойся, ангел. Я тебя не трону, — после этих его слов я успокаиваюсь и снова проваливаюсь в темноту.
Меня нервирует отвратительный звук — он стучит набатом в моей голове. Потом мои глаза по очереди открывают, и светит яркий свет.
— Ой! — пытаюсь увернуться от света назойливого фонарика.
— Мария, как вы себя чувствуете?
Мужчина в белом халате смотрит на меня.
— Хо-ро-шо, — с трудом вытягиваю из себя одно слово.
— Марк! — обращается он к кому-то. — Кризис миновал, но нужно ее тут подержать. Девчонка чудом осталась жива. Да, девочка! Заставила ты нас понервничать. Можно сказать, с того света тебя вернули. Остановка была! Полминуты тебя не было с нами.
— Спасибо, Жень, — слышу знакомый голос.
— Привет, – смотрит он на меня.
— Я в больнице? Как я сюда попала?
— На метле прилетела. Как только на ноги встанешь, накажу! Идиотка! Ты чуть не откинулась!
Ох, мой спаситель зол. Ноздри раздул, и вид свирепый, как у быка.
— Ничего не помню!
— Да? — посмотрел и усмехнулся, потер свою бороду.
— В какой я больнице?
— В частной.
— Как — в частной? Это ж… зачем? В обычную отвезти не мог? Чем же я расплачиваться буду?
— Натурой! — ни намека на улыбку.
— Нет! — начала нервно облизывать пересохшие губы. — Я заработаю и все тебе отдам, правда! О какой сумме идет речь?
— Пташечка, может, заодно тебя и к психологу отправить? И МРТ головы сделать?
— Зачем?
— Как? Голову твою проверить!
Почему он так злился на меня?
— Спасибо, Марк, — опустила глаза. Сейчас я чувствовала себя виноватой. — Ты, правда, мне очень помог.
Через пять дней меня выписали. За все время Марк ко мне так и не пришел. Зато Вика являлась каждый день. Рассказывала о том, что вся общага гудит. Сплетня года! Синичкина подцепила бизнесмена!
При упоминании Марка сердце сжималось. Неужели я скучала? Он просто пропал. Каждый раз, когда из общежития выходила, искала взглядом его машину.
Пришла на практику. Вероника Олеговна меня встретили холодно. Еще и на иголках вся.
— Мария, помоги сегодня обслужить банкет. У нас важные гости. Отказа не принимаю.
— Я же не официантка!
— Ничего, рестораторы с низов начинают, — фыркнула, развернулась на высоченных каблуках, виляя бедрами, ушла в кабинет.
Я помогла сервировать стол, потом пошла в подсобку. Устала. Прикрыла глаза. Нужно еще таблетку выпить.
— Мария! — влетела в подсобку Вероника Олеговна. — Иди! Гости уже пришли! Аня не справляется, а ты тут спишь!
Взяла поднос, направилась к столику. Пока шла, заметила компанию мужчин и женщин. Одного узнала. Дэн! Друг Марка. Мужчина скользнул по мне взглядом очень удивленно. Подала им салаты.