— Вы очень любили друг друга, — слышу его голос. Тихий, но уверенный. Впрочем, как и всегда. — Константин был твоим водителем и телохранителем в одном лице. О ваших чувствах я узнал, когда ты уже была беременна от него. А потом...
— А потом случилась авария, — заканчиваю за него его же словами. — Да, пап, я знаю. Ты рассказывал мне эту историю десятки раз. Только... я всё равно ничего не помню. Может, — смотрю на него из-под длинных ресниц, готовая расплакаться, — я действительно того? Сошла с ума. Врачи говорили...
— Нет, — грозно перебивает отец. Отталкивается от стены и движется на меня. — Мало ли, что говорят эти оборотни в белых халатах? Мы же знаем, что ты в порядке, — кладёт руку мне на плечо, медленно поворачивает к себе лицом и обнимает. — Катюш, я вырвал тебя из лап смерти. Ты не представляешь, что со мной было в тот чёртов год, пока ты была в коме. Врачи не давали никаких шансов. Говорили, что ты безнадёжна. А я верил! Знал, что ты не оставишь своего старика. Не бросишь как мама. И ты вернулась. Выжила, вопреки всем прогнозам. Я думаю, потеря памяти в данном случае, это мизерная цена, которую мы заплатили за твою жизнь. Ты со мной согласна?
Крик протеста застревает в горле до тех пор, пока не исчезает вовсе.
Нет! Нет! Нет! Отбивает в голове пульс, а я молчу. Не могу заставить себя заговорить. Нельзя. Что-то мешает. Запихивает слова обратно.
Я потеряла не только память. Та авария забрала у меня ребёнка. Моего малыша, которого я так и не увидела. Не поняла, каково это — чувствовать себя беременной, знать, что под твоим сердцем развивается маленький человечек. Я потеряла его вместе с Костей. Вместе со своей памятью. Я потеряла в той аварии всё...
— Ты прав, — выдавливаю из себя. — Пойдём отсюда. Не хочу находиться здесь. Я остановлюсь с одной из гостевых комнат.
13. Ангел
— Катюш, улыбнись, — просит отец, посылая одному из своих гостей приветственный кивок. — Я же для тебя организовал этот вечер. В честь твоего возвращения домой.
Пришлось постараться, чтобы не поморщиться и не выдать ему своего истинного отношения. Переполненный зал ресторана — это не тот сюрприз, который я ждала от папы. Когда он сказал, что приготовил для меня подарок, я могла представить себе что угодно, но только не пытку в компании его деловых партнёров и друзей.
— На приёме присутствуют все мои компаньоны по бизнесу, — продолжал папа, поддерживая меня под локоть. — Ты же не хочешь выставить своего старика в плохом свете?
Давление пальцев на сгиб локтя усилилось. На миг я даже подумала, что он сделал это специально. Захотел силой заставить меня подчиниться...
Но папа улыбался. Открыто. Искренне. С любовью. Он не мог желать мне зла. Это просто невозможно.
— Что ты такое говоришь? — губы сами собой разошлись в традиционной ангеловской улыбке. — Я сделаю всё, как ты скажешь, папуль. Не переживай.
Отвернувшись, взяла с подноса бокал шампанского. Холодный хрусталь вмиг покрылся испариной, весёлые пузырьки дорогого напитка заплясали в такт музыке.
Всего пару часов мучений, и я смогу вернуться домой. Позвоню Саше. Мы не говорили с ним с тех пор, как я приземлилась в аэропорту Калининграда. Он просил не тревожить его, так как будет занят на съёмках. У Саши на носу персональная выставка. Первая в карьере перспективного фотографа. Хочет, чтобы всё было идеально.
И я его прекрасно понимаю. Не знаю, как бы вела себя сама, если бы мне выпала возможность выставить свои работы в одной из лучших галерей Парижа...
Хотя, в моём случае, это всего лишь мечта. Никому не нужна заурядная художница с кучей тараканов в голове. Все мои картины — это чёрно-белая графика, которую могут понять лишь немногие. Такие, как мой Саша.
Тайком принялась разглядывать колечко, подаренное любимым. Небольшой бриллиант в обрамлении нескольких крошечных сапфиров, искрился и переливался в мягком освещении.
— Вообще, на помолвку принято дарить бриллианты, но тебе пойдут именно сапфиры. Такие живые и таинственные, как ты...
Когда вокруг отца собралась компания мужчин в строгих костюмах, я поспешила ретироваться. Не люблю слушать нудные речи больших дяденек. Они всё время говорят только о делах, обсуждают новые проекты и прибыль. Порой кажется, что в груди у них бьются не сердца, а калькуляторы. Специальные вычислительные машины, которые запрограммированы исключительно на поиски новых способов обогащения. Скучно и неинтересно.