Я открываю дверь и вижу в темноте мужчину, стоящего ко мне спиной. Вскрикиваю от испуга и зажимаю рот ладонью. Нас что, грабят? Это воры? Как действовать в такой ситуации? Моя правильность отказывается работать и возникать в чрезвычайных ситуациях.
— Кто вы? И что вы делаете в моем доме? — приказываю своему голосу не дрожать и включаю свет. Вдруг мне придется давать показания в полиции, а я даже не знаю, как выглядит взломщик.
Мужчина поворачивается ко мне, снимает капюшон, и я наконец-то могу разглядеть его лицо: серые глаза сверкают и кажется, что отражают в себе целый мир. Он коротко пострижен, а на щеках недельная светлая щетина. Балахонная одежда незнакомца похожа на ту, что носят в психиатрических лечебницах. Одергиваю себя! Нельзя сразу плохо думать о людях. Но он вломился в мой дом!
— Здравствуй, Ангелина. Меня зовут Лаян.
— Кто вы? — ошарашено смотрю на него, повторяя свой вопрос. Нужно чем-то вооружиться, вдруг нападет. Но, кажется, он не желает мне зла.
— Не бойся, я не причиню тебе вреда, — спокойно говорит мужчина и тепло улыбается, поднимаю ладони кверху, показывая, что безобиден или безоружен.
— Неужели? А тот факт, что вы оказались в моем доме поздно ночью, говорит обратное, — отвечаю уже более спокойно и сдержанно.
— Поверь мне, я не хочу тебе зла, наоборот, хочу помочь, — страх сменяется удивлением.
— Знаете, давайте я вас провожу. — Мой звездный час проявить свою хваленую доброту. — Может вам нужен какой–то дом или вы улицей ошиблись? Но вам пора, – я опускаю голову как нашкодивший щенок, что стащил клубок носков из корзины с бельем, и быстро поднимаюсь в комнату.
Захожу в спальню и закрыв дверь упираюсь в неё лбом.
— Ты должна выслушать меня, — подлетаю от испуга на месте как кошка и резко поворачиваюсь. Вдруг у меня галлюцинации? И я начала слышать голоса… Сегодня утром такое уже случалось…
— Как вы... — я непонимающе перевожу взгляд с мужчины и на дверь. Это всё какой-то глупый розыгрыш!
— В этом нет ничего удивительного. — Он шутит так? — Ты тоже так можешь. Ты — ангел, Ангелина, — благоговейно шепчет некий Лаян.
— Вы издеваетесь надо мной? Заявляетесь в мой дом и говорите мне, что я — ангел. Вы сумасшедший. Кто вы вообще такой? — кричу как потерпевшая на весь дом, жутко радуюсь тому, что именно сегодня родители задержались на работе. В противном случае, они примчались бы в мою комнату и увидели, как я кричу в пустоту, потому что по словам незнакомца, он просто испарился бы, выставив меня в глазах семьи сумасшедшей.
— Такой же, как и ты. Ангел! — у него пластинку заело! Повторяет одно и тоже. Может быть я и сумасшедшая, но не глухая и с первого раза хорошо слышала этот бред.
— Хорошо, это все просто какой-то страшный сон или видение. Сейчас я закрою глаза, и ты исчезнешь, — закрываю глаза и досчитав до десяти снова открываю, но ничего не меняется. Мужчина продолжает сидеть на моей постели, сцепив пальцы в замок.
Я забыла о том, что подобный способ со счетом работает только тогда, когда ты действительно спишь.
— Ангелина, я уйду, но прошу тебя выслушать меня, а потом ты уже сама решишь, какой тебе быть, — мягко проговаривает Лаян.
— Хорошо, я выслушаю, — опускаясь на кровать рядом с ним. — А вопросы я могу задавать?
Надо подыграть человеку.
Заглядываю в лицо незнакомцу и кончиком пальца тыкаю в его щеку, убеждаясь, что он не плод моего воображения. Очень некрасивый способ, но врываться в чужой дом – затея не из лучших.
— Конечно.
— Тогда, как ты можешь быть ангелом? Где твои крылья и белая до пола рубаха?
— Ангелом может быть любой человек. Просто нужно научиться их узнавать, — отвечает Лаян с отеческой улыбкой разглядывая тень сомнения и недоверия на моем лице.
— Но как я могу быть ангелом? — Есть это шутка, в каком месте смеяться, а если спектакль, когда аплодировать за мастерскую актерскую игру? Чувствую себя полной идиоткой!
— Так распорядились небеса. Ангелина, ты чиста, у тебя добрая душа, и тебя выбрали.
— Выбрали? — непонимающе хлопаю ресницами. Родителям не понравится, что и без того добрая, но ходячая дочь-неприятность, должна еще служить небесам с крыльями за спиной.
— Да, тебя выбрали. С этого момента, ты служишь добру, — говорит так спокойно и отрешенно, словно сообщает мне о том, что меня приняли на престижную должность.