Никто не посмел ее останавливать. Элис гордо шагнула навстречу. Она победит, сомнений нет. У нее половина, если не больше, душ Анны, а значит, они с нею равны.
Анна чувствовала, что они даже не соперницы, Элис слишком слаба в драке, но поиграть оочень хотелось. Она подпустила вампиршу ближе, отступила, снова подпустила.
— Будешь бегать от меня? Или начнем? — раздраженно спросила Элли.
Анна ухмыльнулась, вспоминая самый металлический мотив, который слышала. В нем барабаны задавали ритм сердцу, в нем кровь вскипала тугой смолой и жгла мышцы, размягчая их адреналином, не позволяя потерять пластичность. К тому же, у нее был козырь. Вампирша нетерпеливо разжала кулак в металлической перчатке.
Элис нравилось управлять душами, Анна чувствовала это. Но девчонка не знала одного: она уже проиграла и битва станет совсем короткой.
Души за спиной Элис изогнулись темным горбом, Анна улыбнулась и шепнула:
— Ко мне!
Волна схлынула и пораженная Элис поняла, что осталась практически одна. Она обернулась на Марона. Ее растерянное, серое лицо перекосило отчаяние, но тот сам ничего не понимал.
— Напилась моей крови, так думала души твои? — улыбнулась Анна. — Ты получила их, но только для того, чтобы все они стали моими.
Ангел шагнула к сопернице. Та, легкая и абсолютно бессильная, лишь моргала, но не двигалась.
— Нет! — резко вскрикнул Марон, но было поздно.
Анна размахнулась и вонзила металлические когти в живот Элис. Защищенные от повреждений пальцы легко взрезали плоть стальными наточенными когтями, вспороли диафрагму, проникая к сердцу, и вампирша ощутила, как оно рвано бьется в ладони. Сжать, рвануть, сдавить, надрывая сосуды и лишая шанса спастись. Эти действия она сто раз повторяла на своих жертвах.
Тело упало. Анна пошатнулась, чувствуя, как души по руке переползают за спину. Лицо было забрызгано кровью, одежда — пропитана ею, но вампирша ничего этого не замечала. Кроме пустоты, которая захлестывала после каждого убийства. Адреналин падал, клетки тела мелко сокращались, вызывая дрожь.
И так мешал проклятый кинжал в почке. Кинжал? Анна вяло коснулась поясницы. Кто-то из свиты Марона метнул ей в спину нож. Бедная, многострадальная почка! И почему эту крысу не остановили? Анна перевела взгляд к трону и поняла: там шла своя битва. Маркус бил Марона, Каратели сцепились со свитой, вампиры разбежались, строго выполняя установленные правила, — найти машины, сделать все, чтобы не было свидетелей, договориться с крематориями.
Анна, пошатываясь, побрела к кабинету. Не оборачиваясь, ни на кого не глядя. Тени за ее спиной окрасились алым, густым темным туманом растеклись по полу. Они крепко держали призрак Элис, зажимая ей рот, чтобы не мешала хозяйке. Об этом можно не переживать. Но воспоминания... От воспоминаний не отгородиться, а мелкая дрянь так подробно вспоминала, как Маркус... Черт, это теперь не развидеть!
Ангел хлопнула дверью, прошла к буфету, в котором на полке стояла аптечка, вынула бинты, нестерильные инструменты. Ай, неважно! Боль нарастала, ощутимо жгла внутри. Захотелось в туалет и Анна представила, как больно это будет. Нет, лучше потом.
— Я помогу, — к ней подбежал Павел, и она не стала задаваться вопросом, когда он вошел.
— Подожди, я...
Но вампир знал, что делать. Одним движением он дернул и разорвал ей рубашку.
— Будет больно, — на ухо предупредил он. Анна отмахнулась, она знала.
Рывок, вампирша взвыла волком, вцепилась в столешницу, изогнувшись, стала оседать. Каратель подхватил ее:
— Надо зашить, — сказал он, помог Анне запрыгнуть на край стола.
Вампирша сглатывала сухость во рту и сосредоточенно заговаривала резкую, пульсирующую боль, разъедающую края раны. Павел загремел инструментами, сделал ей укол в плечо, взялся за иглу. Анна вздрагивала от ощущений, тупо глядя перед собой.
— Где остальные? — спросила она, чтобы избавиться от мыслей.
— Убирают остальных из Марона, — Павел обрезал нить. — Теперь Маркус один.