В глазах искры! Внутри стыд! Какой позор!
– Посмотрим, как ты запоешь лежа на заднем сидении моей тачки, – усмехается он и… уверенно несет меня в сторону темной парковки.
Глава 5
Вадим
Тащу куколку к тачке, и та приветливо мигает нам фарами.
– А, ну, отпустите! – снова выкрикивает Ангел, изо всех сил пытаясь выбраться из крепкого захвата.
Ну, уж, нет! Ты запомнишь сегодняшнюю ночь надолго, девочка!
Демон внутри жаждет ее всю. Без остатка. Взять не только тело – завладеть душой. Чтобы малышка покорно принимала жгучее удовольствие. Во всех смыслах этого слова.
Осторожно отправляю девчонку на заднее сидение машины. Она все еще упирается, но уже не так активно. Видно, начинает понимать что к чему. Ловушка. И она захлопнулась. Сжала вокруг нее свои стальные зубья.
Сам тоже скрываюсь в салоне авто. Блокирую двери.
Звук закрывающегося замка усиливает ощущения. Вижу, как Ангелок вздрагивает. Глаза расширяются, и девчонка спешит немного отползти от меня. Глупышка. Я и без хлыста смогу подарить ей такое удовольствие, что она захлебнется им.
– Я буду кричать! – снова воинственно заявляет, хотя голос подрагивает. И этот страх возбуждает меня сильнее. Давно не испытывал ничего подобного. Чтобы до нутра пробирало.
– Конечно, будешь, – усмехаясь реагирую на очередное заявление. – Очень громко…
Не ожидая такой реакции, Ангел мешкает. Видно, как пытается судорожно глотнуть немного воздуха. А я, тем временем, вдыхаю ее аромат. Сладкий. Персиковый.
Запахом ее белоснежной тонкой кожи быстро наполняется весь салон моей тачки. Яйца сжимаются. Хочу попробовать этот фрукт. Прямо сейчас вкусить.
– Снимай платье, Ангелочек, – уверенно заявляю, наслаждаясь произведенным эффектом.
Не жду, что малышка исполнит. Тут же сильнее распахиваю половинки разорванного лифа. Стягиваю вниз тонкий бюстгальтер, освобождая грудь.
Девчонка вздрагивает, беспомощно раскрывает рот, но больше не сопротивляется. Горячая. Податливая. Так я думал.
Перепуганный взгляд становится туманным. Как быстро! И я спешу усилить эффект. Наклоняюсь и втягиваю в рот один острый сосок. Посасываю твердую вершинку, а затем нажимаю на нее зубами. Несильно, но так, чтобы Ангел почувствовала легкий акцент боли.
Девушка подо мной вздрагивает. Слышу приглушенный женский стон. Вижу, как малышка вытягивается, и ее грудь наполняется воздухом, будто нарочно подаваясь мне навстречу.
– Ты так сладко пахнешь, Ангел… – говорю ей, и не давая передышки, пленяю ртом второй сосок. Всасываю его губами, дразню языком, пока кукла привыкает к новым ощущениям. А потом вновь прикусываю возбужденную горошинку. На этот раз сильнее.
Девушка вскрикивает. Но я тут же обвожу твердый сосок языком, отвлекая ее, не давая пойти на попятную. Боль и удовольствие слишком тесно граничат друг с другом, чтобы я позволил своей новой игрушке разделить их по разные стороны.
Тонкие пальчики ныряют мне в волосы. Я безотрывно смотрю на малышку. Крышу рвет от ее реакции. Губы кусает. Борется с собой, но безуспешно. Желание слишком сильно. Оно быстро туманит сознание. Забирает в свои цепкие лапы, вынуждая идти на безумства.
– Хочу, чтобы ты была громкой, девочка. Не держи себя. Стони для меня, Ангел.
С этими словами я ласкаю пальцами набухшие соски, а затем выкручиваю их. Без пощады. Играю с манящими вершинками и сжимаю их все сильнее.
Надсадный стон, больше подходящий на крик, слышится мне в награду. Да, девочка, давай! Отпусти себя… Хочу, чтобы ты умоляла меня!
И куда только испаряются принципы таких вот правильных и гордых, стоит лишь чуть-чуть раздразнить их?! Порок никого не щадит. Мы все те еще грешники. Только не все могут себе в этом признаться.
В глазах моей новой знакомой появляются проблески былого сопротивления. В них снова загорается испуг, стоит мне оставить в покое возбужденные вершинки и потянуть к животу подол короткого платья.
– Вы… – она пытается мне что-то сказать, но я безошибочно надавливаю на клитор через трусики. – Я не…