Мать сидела рядом с мужчиной, а грешник подошёл ближе и, на удивление, смог присесть тоже. Только вот под собою он не чувствовал табуретку, казалось, будто Демон парил в воздухе. Обстановка была напряжённой, кухня предстала иным миром, далёким от коридора, комнаты девочки и остального дома в целом.
- Хватит пить, - прошептала женщина.
- А как тут не запить? Ты вместо того, чтоб меня послушать, начала орать.
- Но ты никак не помогал мне в трудный момент.
- Вы из-за меня что-ли? – вслух размышлял Демон.
Спустя минут восемь бутылка наполовину опустела. Родители снова начали спорить, причина одна – не «то самое» первое слово. Демон выслушивал, к каждому слову мысленно придирался, даже, как настоящий психолог, выдумывал, что б ответил каждому из родителей, будь у них возможность его хоть разочек услышать. «Перебесятся» - думаете он и ждал, пока мужчину начало бы кто-нить в сон, а женщина решила протереть стол и уйти. Неожиданно их разговор сменился…
- Милый, - сказала она мужу. – а если она всяких демонов видит, то почему её ангел-хранитель не защищает?
- Это что за новости? – крикнул мученик. Когда заговорили о нём, слух, кажется, чуть улучшился, уши навострились и появилась дрожь. За практически целый год о себе он не слышал ни разу, «ангел-хранитель» в доме было произнесено впервые. Причём так внезапно.
- Может, она его уже не видит?
- Да рано ещё. До трёх лет должна. Так ведь? Ну чего ты молчишь?
Демон понял – то, что Алёна его видела, оказывается, было совершенно нормальным. Открылся ответ на давний годовой вопрос. Только вот радостнее ему не стало. Мученик загрустил, упал в яму горя и печали.
- Что значит «до трёх»? И… всё? – надеялся он услышать разъяснения.
- Дорогая, ты вот совсем глупая! У тебя телефон рядом! В интернете найди, а не на мозги мне капай.
- Заткнись, алкоголик! – ангел-хранитель настойчиво пытался вмешиваться, знал, что его никто не слышал, и позволял говорить себе любое, пришедшее на ум. Он перевёл на женщину взгляд да начал, поворачиваясь каждый раз всё быстрее к минутной стрелке на висящий у стола часах, ждать, пока та искала в интернете ответ. – почему же я об этом не знал? Всю же Священную книгу наизусть помню…
- Вот, нашла! Да, недавно лишь священниками было замечено, - читала она. – что дети в возрасте до трёх лет могут видеть посланного Существом наставника – хранителя своего. Потом для чистейшего сердца каждой души забывают детки о защитниках и перестают их видеть.
- Значит, тогда об этом не знали. А я просто забыл своего…
- И только ты так и не нашла ответа, почему её хранитель такой бесполезный.
- Да если бы я был бесполезным, она бы уже умерла с вами!
- Милый, что ты говоришь? Не надо. Вот из-за твоих слов нас Существо наказывает всем этим. Может, Алёнке от твоего пьянства ангел-хранитель помогать не хочет!
- Как всегда я виноват!
Демону стало как-то некомфортно. Он почувствовал что-то нехорошее и понял: с девочкой проблемы. Мужчина встал и побежал в детскую, наплевал на разговоры её родителей, прекратил спорить. Демон прибежал, сразу заглядывая в кроватку. Алёнка вертелась, однако полностью ещё не проснулась, из-за родительского шума во сне её начало что-то тревожить, лишь Демону было пол силу её успокоить, пускай даже и сказали, мол, он – бесполезное создание. Мужчина вытянул руку к девочке и зашептал какую-то молитву, что знал уже более ста лет, кою шептали ему ещё при жизни.
Крошка во мне была неспокойна. Расслабиться ей не удавалось, но с каждым словом горячо любимого Демона сердце начинало биться медленнее, не как при стрессе. Она могла расслабиться, положить ручки так, как хотелось ей одной, а главное – видеть сны без страха.
Грешник всё чувствовал. Понимал, что становилось проще, легче намного. Родители повышали друг на друга свои писклявые голоса, но девочке было плевать, мужчина спас её. Не бесполезный у неё был ангел-хранитель совершенно. Как он не любил своё испытание, но как же быстро привык и втянулся. Его рука дрожала – мужчина вспоминал те жуткие слова про конец своей радости. В три года Алёнке суждено было навсегда потерять своего хранителя, будучи при том всегда рядом с ним. Он хотел ей на это пожаловаться, но не знал верных слов, да и считал, вряд ли кроха поняла б его.