Она легла в кровать, Демон услышал. Даже не сказала, что закончила «общение»…
Мужчина постоял минут тридцать за дверью, постарался осмыслить ею сказанное, был бы жив, смог бы расплакаться. Спустя время он зашёл в комнату, девочка сопела. Он тихо подкрался, сел на кровать и вытянул к ней руку, улыбаясь.
- Давай тогда и я за тебя помолюсь. Только правильно, - нежно прошептал Демон, потом сложил руки и закрыл глаза для молитвы.
Часть II. Глава 7
Алёнка с Петей уже давно сидели вместе за одной партой. И не вспоминалось даже, кто предложил, воспоминания подавали туман вместо той самой картинки или кадра, что словно из кино, личное кино о мальчике с девочкой. Конечно, списывали друг у друга; естественно, общались вместо слушания урока, бывало; несомненно, делились чем-то друг с другом в зависимости от обстоятельств. Петя всегда нежно улыбался и протягивал даже больше предметов, чем просила девочка. Хотя, зачем?
Холодным утром в середине марта Алёнка вышла из дома очень рано, странно, ведь лежала в кровати долго после пробуждения. Время было только восемь утра, даже не половина. А кабинет уже открыли, но свет пришлось включить самостоятельно, учительницы истории, по совместительству классной руководительницы, не было в кабинете и на этаже в принципе. Демон подошёл к окну, а Алёнка раскладывала вещи.
- Ну что, – без волнения произнесла девочка. – кто-то идёт?
- Никого.
- Жаль…
- Будешь домашку повторять?
- Ты дурак?
- Понял. Не мешаю сидеть в телефоне, - ответил Демон и поднял руки, будто сдаваясь в плен.
Десять минут девятого. Ругаясь друг на друга, пришли близняшки. Алёнке стало чуть веселее, она сразу подошла к девочкам.
- Таня, Тоня, привет!
- О! Привет!
- О! Привет!
- Девочки, а чего спорите?
Таня без стеснения начала тыкать пальцем в сестру, нервно жестикулируя и надувшись от злости.
- Она соврала мне утром! Чтоб я ещё раз ей поверила…
Тоня стерпеть не захотела. Девочка что-то прошипела себе под нос и повернулась к сестре. Она взяла её за плечи и повернулась к Алёне, пока Таня старалась избавиться от тряски Тони.
- Из-за неё всё! Я тебе сказала! Один процент был, надо было на зарядку ставить! А ты не услышала. Вот он и здох!
- Вот не надо мне тут! Ты не говорила про зарядку!
- Алёна, - криком вмешался Демон. Мужчина втихаря всё подслушивал, но решил признаться в нехорошем поступке ради собственной выгоды. – пусть нормально объяснят. Попроси.
- Ну всё! Все тихо! Нормально расскажите, почему вы ссоритесь.
Двойняшки чувствовали неприязнь в тот момент каждая к сестре одинаково сильную. Однако даже эта ситуация не помешала их особому дару: девочки могли продолжать собственные фразы, одна договаривала за другой без каких-либо проблем.
Выговориться первой захотела Тоня.
- Короче, мы, долго сидели в телефоне ночью. Да! Признаюсь! Это плохо! Но потом он разрядился…
- А она мою просьбу поставить его на зарядку проигнорировала…
- Точнее, этой просьбы от неё не было! Я не заметила, что зарядку кончилась! Я его положила…
- А утром оказалось, что он выключился. И будильника не было. Мы встали и поставили его на зарядку…
- В это время одевались, а потом сняли с зарядки и побежали…
- И пока бежали, то пытались его включить и посмотреть, сколько времени…
- Когда прибежали, увидели, что очень рано ещё, бежали мы зря!
Подруга терпеливо слушала близняшек, а когда они затихли, решила задать подготовленный им вопрос.
- В чём проблема была посмотреть на часы в коридоре или на кухне?
- У нас их нет…
- А мама с папой уже ушли на работу.
Мужчина дослушал и отвернулся к окну. Сзади общение прекратилось. Его глаза внимательно следили за каждым, кто медленно или очень быстро направлялся в сторону школы. Демон напрягся и понимал, что Алёнка вот-вот сделала бы то же самое, но в разы сильней. Петра не было…
Класс наполнился шумом. Таня и Тоня успели уже помириться, с кем-то другим начать спор, списать домашнюю работу, а в то время любимая ученица Демона, его избранная, маленькая радость сидела одна, периодически вертелась, вздрагивала, когда открывалась дверь в класс. В какой-то момент она взяла телефон и сразу приложила к уху; ангел-хранитель понял, это было ему.