Алёна ещё раз надавила пальцем на весы, обхватив посильнее второй рукой их. И вот уже через мгновение большую искру, источник света в темноте, окружили целых три таких же, только менее яркие, центральная была особенной. Эти неживые помощники двигались в разные стороны, чтоб искорка летела за ними, крутились, отдалялись и приближались почти до столкновения. Их игривые, не хаотичные движения показались девочке очень милыми. Она вообразила, что похожи были эти искры на одну большую своеобразную семью, каждый из которой хотел развлечь находившегося рядом.
Идиллию разрушила самая маленькая, но что была подвижней всех, искра своим резким отделением. Алёнка вздрогнула. Кусочек света повернул вправо, а потом неожиданно взорвался, яркий салют появился на месте погибшего объекта, входившего в большую своеобразную семью. На то, что осталось, полетела другая искорка, вскоре там же и взорвавшись. За короткий срок случилось аж две гибели.
Последняя, ныне единственная поддержка центральной искорки какое-то время ещё парила относительно неподалёку, а затем поднялась выше. Она чётко следовала вверх, потом исчезла. Свет погас; и всё. Искорка осталась одна.
Странник в виде небесного крохотного тела какое-то время развлекал девочку своими движениями. Он открыл ей ночное небо. Там, где пролетала искорка, являлся небосвод, тысячи звёзд своим ярким светом за что-то благодарили искорку, вероятно, за приход и сохранение, спасение от исчезновения с прекрасного «дома».
Очень хотелось Алёне от такого зрелища надавить ещё раз на чашу весов, а пальцем невозможно было пошевелить. Она опустила взгляд, хотела посмотреть, в чём проблема, но отвлеклась на соседнюю чашу. Та медленно заполнялась кровью, а текла она из неоткуда. Девочка вздрогнула и хотела бросить весы, но кто-то очень больно надавил на оба плеча.
Невольно её голова поднялась, взгляд устремился на что-то вдалеке. А пред ней появился тёмный замок. Мрачная, готическая постройка была обречена… Девочка отвернулась и заметила, что, кажется, искра устремилась прямо в замок. Она быстрее летела, ярче светилась, однако больше привлекала внимания. Алёна повернулась обратно к замку, а у его ворот заметила высокого мужчину, который отвернулся ещё тогда, когда девочка наблюдала за небесным телом. Его чёрные волосы стали развиваться на ветру, худой мужчина поднял вверх обе руки неспешна, а чрез секунду искорка влетела в замок. Раздался взрыв, камни поломались, здание пошатнулось, начался пожар.
Огонь охватывал каждую из башен, распространялся быстрее неизлечимой болячки, а мужчина стоял, наблюдал за всем. Алёна стала чувствовать, как по руке начало что-то стекать. Крови было уже так много, что она выливалась из чаши прямо на пол и руки девочки. Кровь шла без остановки. Становилось больше красных капель, а впереди разрастался огонь.
Мужчина опустил руки и как неожиданно развернулся! Мужчина пошёл на девочку, в глаза ей не глядя, но держа путь именно в её сторону. Она испугалась. Этот человек обладал знакомым одеянием, а глаза, издали было видно даже, имели цвет серебра. Но вдруг сероглазый мужчина стал шататься, он не выдержал, остановился. Что случилось?
Кровь продолжала растекаться повсюду. Алёна хотела заплакать, но испугалась, под ногами задрожало… Мужчина тот упал, подниматься, кажется, не мог. Землетрясение усилилось. У Алёны было ощущение, словно жизнь её обрывалась. На плечи кто-то больно давил. Возле горящего замка стояла маленькая девочка и пыталась держаться, не поддаваясь землетрясению.
Руки вовсе перестали её слушаться, так девочка уронила весы, те с грохотом разбились на мельчайшие осколки. И тут замок пропал, а земля под ногами успокоилась. Лишь разбитие весов угомонило кровушку, растеклось много, но более ни одной ещё капли появиться не было дано.